Лох не мамонт, он не вымрет, вот только я далеко не лох… Я скорее охотник на «мамонтов». А этот хитровы*банный товарищ уже попался в ловушку и сейчас произойдёт так называемый «скам мамонта».

— Правильно ли я вас услышал? Вы позволите проверить наличие оставшейся магической пыли?

— Конечно, — он кивает.

— А если я её найду?

— Тогда она ваша, — дерзко бросает еврей и высоко задирает подбородок.

— Что ж, я воспользуюсь вашим предложением, — иду в сторону машины и краем глаза осматриваю мужика, который держит мешочки с пылью. — Это так вежливо с вашей стороны предложить мне такое…

— Я честный человек, — горделиво заявляет он.

— Нисколько не сомневаюсь, что так и есть, — замечаю выпуклость в районе правого кармана у мужика с мешками. — Раз уж вы разрешили поискать пыль, то позвольте…

Один резким движением залезаю в карман к мужику. Нащупываю ещё как минимум два пакетика и буквально вырываю их. Как я и думал, там магическая пыль. Хитрый еврей продумал всё заранее, но не тут-то было.

— Что тут у нас? — разглядываю добычу. — Пятьдесят грамм и… сколько? Тридцать?

— Это моё! — мужик пытается забрать пакетики.

— Охотно верю, — завожу их за спину и отхожу назад. — Ну что? Все находки мои? Так вы сказали?

Еврей недовольно рычит и сверлит меня взглядом, понятное дело, что он не рассчитывал на такой исход. Но ничего, опыт — полезная штука, а учиться никогда не поздно, пусть и на своих ошибках.

— Ладно! — гаркает он. — Забирай всё. Но в следующий раз мы будем договариваться по телефону. Хватит с меня этих представлений!

— Без проблем, — забираю остальные пять пакетиков и иду к своим людям. — Можете начать погрузку, а я пока проверю ваш товар.

— Думаете, он ненастоящий? — еврей смотрит на меня исподлобья.

— Думай, не думай, а проверить надо. Как вы понимаете, на слово я вам более не верю, уж простите.

Еврей предпочитает отмолчаться, ведь сказать ему нечего. Слишком уж сильно он разрекламировал свою честность, которая на деле и яйца выеденного не стоит. Да и она в этом деле ни к чему, каждый хочет нажиться на другом — таков закон рынка, таков капитализм.

Под удивлённые взгляды СБшников, Петра Николаевича и Марины я прохожу к «Крузаку», на котором приехал и сажусь на задний ряд сидений. Сперва взвешиваю все пакетики — шесть по пятьдесят грамм, последний тридцать два с копейками. Забавно осознавать, что держу в руках три с лишним лярда, зарплата в двадцать тысяч на этом фоне видится крошечной песчинкой.

Затем я поочерёдно набираю из каждого мешка по две десятых грамма и создаю новые «АК». Окна затонированы, никто не увидит, чем я тут занимаюсь.