В конце концов, чудовище, называемое «Баем», — это довольно короткая и пухлая жутковатая змея, обладающая как задними, так и передними лапами, охотящаяся в основном на детей из-за своих размеров. Пробираясь в незащищённые барьером дома с соломенными или покрытыми дранкой крышами, оно усыпляет жертву своим несущим живицу, похожим на пение шипением и хрипом. А затем начинает заглатывать живьём прямо с ног, потому как далеко не всякая может растянуть свою пасть на человеческие плечи.
Впрочем, это и неважно. В глотке у монстра расположена своеобразная биологическая мясорубка, и одурманенный несчастный просто не чувствует, как его перемалывает в фарш. А к утру в кроватке остаётся только окровавленное постельное бельё да следы недопереваренных испражнений монстра, в котором даже маленький человек зачастую просто не помещается.
В любом случае лекарство это полезное. Завтра, когда ближе к вечеру Елизавета проснётся, она будет чувствовать себя намного лучше, абсолютно не помня вчерашний день. Вот только действие подобной амнезии продлится всего лишь год, а затем воспоминания начнут возвращаться, и Ольга очень надеялась, что к этому моменту их взаимоотношения с сыном будут такими, что он и не подумает обвинять в чём-то свою маму.
— Эх, Антон, Антон… Не знаешь ты ещё, что такое настоящие «клановые тайны»… — пробормотала женщина, поджав губы и о чём-то размышляя, а затем хлопнула ладонью по столешнице. — Придётся связываться с «ними»… Хоть очень не хочется, но другого выхода я не вижу.
Произнеся это и приняв решение, Ольга Васильевна достала из ящика чистый лист бумаги и перьевой ручкой быстро написала послание, которое убрала в непромокаемый конверт и запечатала чарами конфиденциальности, настроенными на живицу сына. А уже через пять минут из слухового оконца на чердаке коттеджа выпорхнул один из «Золотых Голубей», живших в небольшом личном птичнике Ольги. Антон этими пернатыми тварями совершенно не интересовался, иначе знал бы, что именно эта птица поселилась там чуть больше месяца назад. Впрочем, для всех, кроме владельца и его постоянных абонентов, эти маленькие и умные хищники, почему-то именуемые голубями, виделись совершенно одинаковыми.
Глава 20
Глава 20
Спустя неделю в главный холл Курского вокзала, иногда ещё в народе именуемого Холмгарёрским или на московский манер Новгородским, вошёл респектабельный мужчина в лет сорока-сорока пяти. Весь внешний вид его буквально кричал об успехе и огромном богатстве. Одетый в дорогую шубу с пышным воротником и подвёрнутую норочью ушанку, с шеей, замотанной белоснежным шарфом, он быстро и уверенно шагал, привлекая всеобщее внимание, и выглядел пышным павлином на фоне едва поспевающей за ним невзрачной миниатюрной девушки. Охарактеризовать которую можно было разве что как «серая мышка».