— Жизнь научила, — я немного отступил, чтобы его не обидеть. — А ты реально хочешь научиться?

— Да, конечно! Это ж было так круто! — его глаза загорелись огнём. — Научишь?

— Научу, — улыбнулся я ему. — А ты готов? Будет сложно.

— О чём разговор, дружище! Я же всегда мечтал людям помогать! Да я на всё готов! — его радости не было предела.

— Только придётся меня во всём слушать.

— Добро, — согласился со мной Аболтусов.

И мы скрепили договор рукопожатием.

В этот момент в дверь постучали — это прибыла бригада скорой помощи.

* * *

Два здоровых мужчины в кирпично-красной форме вкатили носилки в кабинет. Один лысый, второй волосатый. Первый широкий, второй высокий. Первый, как выяснилось впоследствии, болтливый, второй угрюмый. Вежливо поздоровались и поспешно начали собирать пациента.

— Эх, сколько крови, — изумился первый. — И всё с тебя? — обратился он к пациенту.

Пациент открыл было рот, чтобы ответить, но не успел.

— Да не очень-то и много крови, — пожал плечами второй. — Вот когда мы были на Заводской, вот там было много, там я понимаю…

— У человека перебит крупный сосуд, я наложил два зажима. Сильное кровотечение остановлено, — внёс я ясность, настраивая фельдшеров на рабочий лад.

— Вот это чудо! — удивился первый. — Впервые такое вижу.

— Да уж, такого бы врача на Заводскую, — согласился второй.

— И отчего-то появилась кровь? — вновь спросил первый.

Я молча кивнул на нож. Ребята в красном начинали меня раздражать — слишком много разговоров и слишком мало дел. Пока они наговорятся, пациент может захужеть. И вообще, где выполнение чёткого алгоритма? Где определение давления, пульса, температуры? Где попытки оценить объём кровопотери? Где сбор анамнеза? Непрофессионально работают ребята.

— Ох, нож так нож, — восхитился первый.

— Обычный нож, — возразил второй.

— И глубоко вошёл? — спросил первый.

— По рукоятку, — успел ответить пациент.

— Ничего себе! — изумился первый. — И ты ещё живой?

— Живой, — подтвердил второй.

Фельдшеры продолжали болтать. Очень хотелось навставлять им за такое отношение к работе. Но медицинская этика предписывала иное. Тем более что ребята начали переходить к своим непосредственным обязанностям.

— Это прям чудо! — восхитился первый.

— Это жирок, — возразил ему второй. — Боли есть, обезболивающее нужно? — спросил он пациента.

— Жутко больно, — отозвался пациент.

Пока угрюмый великан подготавливал всё для инъекции, толстячок достал бумаги и ручку.

— Давай пока запишем данные? — спросил он пациента.

— Аллергия есть? — перебил коллегу второй.

— Нет, — ответил пациент второму и протянул паспорт первому.