— Трёпочка, а ты уверена? — разом посмурнев, уточнил Бизон. — Выглядят эти мотыльки ну очень неприятно… А я тебя всё-таки очень люблю!

— Вы остальных отвлекайте, а я займусь сбором пыльцы! — уверенно отмахнулась Растрёпа. — Надо счистить как можно больше, пока хребты не кончились!

Игоря, если честно, обеспокоила её самоуверенность: обычно такое добром не кончается. Но и возразить ему пока было нечего. Пока… Пока мотыльки не открыли счёт двуногим жертвам…

С другой стороны, женщины вроде бы и вправду усидчивее мужчин…

Так что, хоть и с тяжёлым сердцем, но Игорь отдал Растрёпе скребок. Правда, ощущал себя при этом, как будто сидел голым афедроном на иголках. И он такой сомневающийся был не один: Бизон тоже хмурился с каждой секундой всё больше. Кажется, ему и впрямь не нравилась идея отпускать жену к странным незнакомым тварям.

Когда Растрёпа выдвинулась к мотылькам, а мужчины последовали за ней с охапками рыбьих фрагментов, он даже тихонечко прогудел:

— Кидайте там получше и побольше!.. Жену я вам не прощу!

— Что ты сказал, милый? — остановившись, Растрёпа повернулась к своей группе поддержки.

— Ничего-ничего, Трёпочка! Попросил всех повнимательней быть! — сразу же заулыбался Бизон.

И всё же дела у Растрёпы пошли лучше, чем у Игоря. Это он понял, едва лишь женщина, подманив одного из мотыльков, начала орудовать скребком. Да, поначалу она тоже перестраховывалась… И всё же, чем дальше, тем уверенней были её движения.

Пыльца потекла в сосуд тонкой, но почти бесперебойной струйкой. Игорю даже казалось, что им наконец-то сказочно повезло, и Растрёпа в один присест соберёт нужные десять граммов… Но тут случилась неприятность. То ли скребком слишком сильно надавила, то ли зацепила слишком много пыльцы… Как бы то ни было, пыльца, словно маленький водопад, обрушилась с крыла, мгновенно подняв вокруг мотылька целое облако.

Растрёпа, конечно, попыталась сдержаться и зажать рот, но… Всё равно закашлялась. Хорошо ещё, не стала дальше рисковать: плавно встала на ноги и отступила на пару шагов назад. К счастью, мотылёк не пострадал ни физически, ни морально. И даже от еды, обжора такой, не отвлёкся. А вот его собратья заинтересовались, что это тут происходит, начав стягиваться к месту действия.

Пришлось Растрёпе спешно ретироваться к группе поддержки. А потом ещё и метров на тридцать в сторону, чтобы избежать «мотылькового» внимания ко всей честной компании.

— Однако это грамм! — уважительно заметил Муся, рассматривая чуть ли не на треть наполнившийся сосуд. — Совсем неплохо!

— Плохо, — хрипло отозвалась Растрёпа, нервно сдувая прядь волос с лица. — Передавила я чуть-чуть…