В сопровождении нескольких парней из дедов к Шраму подошла горбатая старая бабулька с крючковатыми пальцами. Она заискивающе посмотрела в глаза:

— Милок, мы хотим сдаться, только вот боимся, не обидят ли нас. Мы ведь свою магию не выбирали. Что нам дано, тем и пользуемся. Мы старую магию знаем, можем чего подсобить, — заунывно начала бабка.

Совершенно понятно, что это старушенция привыкла быть волевой тёткой и в такой манере разговаривала нечасто. Куратору совсем не хотелось переводить своё время, но и бросать пришедшую в лапы добычу тоже. Даже беглого взгляда хватало, чтобы понять, что старуха зарабатывала не сбором одуванчиков.

— Тёмная? Мёртвая магия? Перехват душ знаете?

— Что мир дал, тем и пользуемся. Цвет магии в головах от дел зависит. Так и светлая магия не всегда доброй бывает.

— Ясно. Меняем всё на всё. Я — полную неприкосновенность, вы — всю информацию, материалы, знания и оборудование. Другого варианта не рассматриваем.

— Ой, спасибо! Мы хорошие, и детки мои тоже хорошие, это злые языки наговаривают, а мы…

— Я в курсе, — перебил хвалебные оды некромантши Шрам. — Сколько вас?

— Две дюжины.

— Грубин. Распорядись, пусть твои поохраняют, пока портал в Красногород не откроем, — обратился разведчик к главе зековского войска. — И надо, чтобы всё хорошо проверили, особенно насчёт схронов и тайников.

— Понял. — Грубин поискал Валета глазами, который по обыкновению крутился около своего начальника. Увидев взгляд шефа, подбежал. — Валет, бабку к нашим, возьми своих и восточную часть города обшмонайте на предмет некромантии. Нас интересует всё, особенно зелье, свитки, оборудование и книги. Выгребите всё абсолютно, что найдете, и про тайники не забывайте. Осторожно тащите сюда. Валет, за жратву, девок и бухло — платить, мы освободительная армия.

— А если они сами?

— Заткнись и исполнять. Какие у тебя могут быть сами?

Клыкастый, с заостренными ушами и коренастый, как гном, представитель той расы, которая имела прочерк в названии, достал фуражку из пространственного кармана, водрузил на голову, отдал честь:

— Есть исполнять, товарищ бригадный комиссар! Есть за девок и бухло платить! — Затем снял фуражку, швырнул в пространственный карман и, раздавая команды своим бойцам на фене, побежал в сторону раскинувшегося под крепостью города.

Серое марево развеялось. На походном алтаре появлялись зеки из отряда Марии Ивановны, десятками. Некоторых не хватало. Парни Грубина вели учет, и надо было организовывать освобождение. Кое-кого удастся выкупить, кое-кого надо будет очень долго искать, но большинство было здесь. В умат пьяные, матерящиеся и не остывшие от безудержной бойни, грабежа и насилия, бойцы белой армии были готовы рваться в бой. Появляющиеся в семейных трусах или в набедренных повязках, хватали оружие и жаждали повторения аттракциона.