Стоявший рядом с монархом шаман испуганно расширил глаза, и в его руках проявился свиток, переливающийся всеми цветами радуги. Воины смеялись, подражая своему королю. Мария Ивановна посмотрела гордо, обвела взглядом окружающих и, как Ленин с броневика, выставив вперед руку, произнесла:

— Слабоумие и безграничная отвага создали этот мир! — А затем дёрнула за верёвку в пространственном кармане.

Созданная мастером Гримгольдером напружиненная тележка выпрыгнула из шкафа, рассыпав по залу полтора кубометра плотных пачек пергаментов великих огненных заклинаний. В отличие от бумаги, пергамент достаточно было повредить любым способом, чтобы высвободить магию. Прижатые рычагами к верху пространственного кармана, с выдернутыми кольцами, гранаты падали на пол, шипя замедлителями, отлетевшие скобы звонко цокали по полу, а силуэт шамана таял во вспышке высшего случайного божественного портала.

Мария осознала себя вновь стоящей на овальной платформе воскрешения посреди тронного зала, традиционно в своём очень скупом на материал белье, на котором и так дизайнеры сэкономили, а на ней это смотрелось еще более скупо. Тронный зал служил неким проходным двором и имел множество входов и выходов. Те, кому было дозволено, использовали его как удобный проход между разными частями дворца. Король, можно сказать, оказался здесь случайно. Он шёл в сопровождении нескольких вельмож, которые тащили стопки бумаг и письменные принадлежности, рассказывая что-то о государственных делах. При появлении Марии Ивановны он замер, и один из вельмож влетел в спину своего монарха. Глава государства на это никак не отреагировал, потому что стоял, разинув рот и широко раскрыв глаза. С большим трудом переместил взгляд с области солнечного сплетения на лицо учительницы. Мария широко улыбнулась и сказала: «Преталяк пал. Король драагов, наверное, мёртв, и большинство его армии». Даже бы если сейчас Мария появилась здесь абсолютно голой, то король бы вряд ли смог так округлить глаза, как после этих слов.

Мария улыбалась, смотря в глаза королю, который с трудом удерживал взгляд на уровне лица женщины, чтобы не отпустить его ниже. Всё вокруг задрожало мелкой дрожью. С каждого угла, с каждой крынки посуды, потолка, стен и пола, из каждого цветочного горшка полился легкий звон, негромкий, но слышимый всем и каждому. От этого звука нельзя было закрыть уши, не услышать, даже глухие на эти секунды получали слух.

— Бойтесь и восторгайтесь, горюйте и радуйтесь, восхищаетесь и ненавидьте, король драагов мертв! Этот мир покинуло высшее существо навсегда. Этот мир уже никогда не будет прежним. Восхищайтесь и завидуйте, ненавидьте и мстите, защищайте и возносите, проклинайте и гордитесь! В этот мир пришел герой, низвергнувший высшее существо. Этот мир уже никогда не будет прежним. — Голос стих.