— Вот потому, что я тебя знаю, ты ещё до сих пор и жив. Делай что хочешь, но мне нужна ещё одна девка или пацан, без разницы, и чтобы всё было как положено. Ну, и будь добр, оплати мне тридцать тысяч галов в качестве компенсации за понесённые финансовые убытки.

Выставляя счёт, главарь наёмного отряда несколько увеличил сумму, с которой ему пришлось расстаться в качестве отступных, переданных тому проклятому святому отцу, который так неудачно повстречался им на пути. Хотя, это как посудить, в сущности, он потерял только деньги и несколько человек, которых и так давно следовало поставить на место, а с тех пор, как произошли события, связанные с этими святошей, дисциплина в экипаже вернулась к жёстким показателям.

— Ты с ума сошел, тридцать тысяч, — выдохнул хозяин таверны, — откуда такие деньги?

— Ну, я же их как-то нашёл, когда привёз то дерьмо, которое ты мне подсунул, значит, найдёшь и ты, и давай поживее, сроки горят. Иначе ты полетишь с нами, и я лично передам тебя святым отцам Ордена.

— В прошлый раз я дал тебе самую нормальную, там остались совсем дети или уроды, ты же знаешь, племя вырождается.

— Да мне насрать в дюзы, как они будут выглядеть, главное, чтобы они обладали нужными признаками, чтобы эти вот штуки, которые у них на коже, были настоящими. Ты меня понял? А на всё остальное мне плевать! — рявкнул Кван, демонстративно доставая бластер и шутливо направляя его в голову старого приятеля.

— У меня нет таких денег, выродка я тебя найду, но больше двадцати тысяч мне не собрать, — скрипя зубами, произнес толстяк.

— И чем ты предлагаешь мне компенсировать разницу? Что-то я сильно сомневаюсь, что твоя задница удовлетворит моих ребят, не стоит она того.

— У меня есть кое-что, это может тебя заинтересовать. Эту штуку наверняка можно хорошо перепродать где-нибудь поближе к центру, но она стоит гораздо дороже десяти тысяч.

— И что же это такое? — заинтересовался наемник.

— Самый настоящий боевой скафандр пожирателя.

— Вот даже как? — удивился Дис. — Ну, и откуда же он у тебя?

— Оттуда, откуда и выродки, — буркнул бармен.

— И что он, рабочий?

— Я не знаю, он хранится в моей семье уже очень давно.

— То есть ты хочешь подсунуть мне нерабочую броню, а ещё и торгуешься? Не ценишь ты, видать, собственную жизнь, а я ведь в состоянии сделать её очень и очень весёлой, правда, короткой.

— Хорошо, я дам тебе костюм, одного выродка и двадцать тысяч галов.

— И ящик своего самого лучшего пойла, — продолжил наглеть Кван.

— Согласен, и ящик пойла.

— Куда вы там стреляли? — поинтересовался капитан у своих людей.