Плюс разговор этот, повторюсь, принес мне крохи новых знаний о том, как устроен этот отель и даже, возможно, этот мир. Ну да, не сильно новый и далеко не прекрасный, но я в нем уже живу, так что выбирать не приходится.

Так вот, только что я получил новое подтверждение своей догадки о том, кем являются сотрудники ресепшен. Как сказал Цербер? Они были понижены в должности. А как можно понизить людей, которые стоят лишь на ступеньку выше нас, коридорных? Вернее — куда? Верно, до нашего же статуса. Выходит что? А то, что раньше они в нем и пребывали.

Не просто так мелькало понимание в глазах Дарьи и Ко, когда она созерцала жеребьевку, наши первые победы, поражения и все прочее. Они были такими же, причем не так давно. Тоже бегали с пылесосом, ругались в очереди к компьютеру, сбивались в стаи, с кем-то дружили, с кем-то враждовали. Может, кстати, потому и не хотят в столовую ходить, ибо задолбала она их до печени еще в предыдущем статусе. Не в этом отеле, так в другом.

И если все так, то у меня появилась первая более-менее реалистичная версия о том, каков же на самом деле главный приз. Речь идет о служебном росте. Причем, возможно, неограниченном, вплоть до поста управляющего. То есть очень может быть, что наш Лаврентьич тоже когда-то в униформе шнырял по номерам и пыль цветным пипидастром сметал с полок.

Я представил себе такую картину и хихикнул.

Хотя тут, конечно, все белыми нитками шито. Положим, я прав, но Цербер ведь дед? А разве мы можем стареть? Мы же мертвы?

Или все-таки можем? Тогда сильно долго он к чинам известным шел. Прямо очень.

Эх, выведать бы, что тогда, во времена предыдущего поколения, тут стряслось. На чем ребята прокололись? Как раз тот случай, когда лучше знать заранее, чтобы на это место копну соломы положить.

За всеми этими размышлениями я наведался на ресепшен, где привычно равнодушный Артур без вопросов выдал мне ключ, на бирке которого красовалась число четырнадцать, и даже почти дошел до нужной мне двери.

— Тёма! — окликнул меня девичий голос, обернувшись, я увидел рыжеволосую Аллу, стоящую у открытой двери одного из номеров. Ну да, это же ее территория. — Ты чего тут?

— С инспекцией, — добродушно ответил я. — Аристарх Лаврентьевич велел, как лидеру командного забега, проверить, как идут дела у менее успешных коллег.

— Серьезно? — Услышав мои слова, из номера выскочил русоволосый Василий с тряпкой в руке. — Ну ничего себе!

— Ой, Вась, кого ты слушаешь? — стукнула его раскрытой ладонью в лоб зеленоглазка. — Он тебе по ушам ездит, а ты ведешься! Кстати, так себе шуточка. Была бы тут Женька, она бы сразу начала орать о дискриминации и карьерном шовинизме. Она у нас правильная, такого не потерпит.