— Сестра утонула, — негромко ответила непривычно посерьезневшая Евгения. — Старшая. Ну, у нас на самом деле разница была небольшая, в два года, но я всегда во всем на нее ровнялась. Знаете, иногда у сестер бывает не все ровно друг с другом, но это не наш случай. Мы даже не поругались толком ни разу.

— Она из-за тебя утонула? — уточнил Валера. — Да?

— Нет, — передернула плечами девушка. — Мы на даче были, она купаться пошла, а меня мама не пустила, я накануне молока холодного перепила. На речке у нее ногу свело, а подружки решили, что она шутит так. Ну да, любила Анька дуру включить, водилось за ней такое. Пока поняли, что и как, она уже на дно ушла. Ее, собственно, нашли только на следующий день, причем даже не там, где утонула. Тело течением вниз унесло. Но знаете, я все равно всю жизнь считаю себя виновной в ее смерти.

— Почему? — удивился Серега. — Тебя же там даже не было?

— Именно поэтому, — грустно улыбнулась Женя. — Меня там не оказалось тогда, когда я была так нужна своей сестре. Нужнее, чем когда-либо ранее. Я бы все равно в воду рванула, даже если бы была уверена в том, что она по своему обыкновению козлит. Хотя бы потому, что и она поступила бы так же. Она захлебывалась, а я дома клубнику ела. Кстати, с тех пор терпеть ее не могу, от одного запаха мутит.

— Мне честно сказать или лучше промолчать? — осведомилась у нашей старосты Натэлла.

— Если очередную гадость выдашь, то лучше промолчи, — посоветовала ей Кира. — Не то место, не то время.

— Скажи, почему нет? — разрешила Женя.

— Вот, — показала на нее пальцем наша соседка по этажу. — Человек умеет слушать других, без условий и подозрений. Хотя, наверное, ничего нового ты от меня не услышишь, наверняка тебе кто-то когда-то подобное уже говорил. Жень, ежедневно отпевая давно мертвую сестру, ты свою собственную жизнь жестко в очко спускаешь. Даже не так. Ты ее туда уже спустила, потому что, даже умерев, ты все равно цепляешься за память о мертвой, как за единственно важное воспоминание из прошлого. А свое-то у тебя чего было? Ну, чтобы ни на кого не равняться? Только для себя?

— В принципе все так, — неожиданно поддержала ее Зоя. — Когда живой живет для мертвого, это неправильно. У меня такая же подруга была, каждую неделю на кладбище к мужу ходила. Тот просто молодым помер, с сердцем у него проблемы были. И что? Сгорела за пару лет. У нас на работе тетка одна была, сильно знающая, так сказала, что он ее за собой увел.

— Все так, — без злости или обиды произнесла Евгения. — Нет, правда. Мне и при жизни то же самое не раз знакомые говорили. Только вот поделать с собой я ничего не могу. А в результате жизнь прошла без толку и проку, точно не было ее.