— Откуда такие познания? — заинтересовался я.

— Репортаж делала, — пояснила напарница. — Сейчас дур, которые верят в работу за границей, на которой им по миллиону в месяц платить станут, почти не осталось, потому траффикинги работать стали проще и грубее. Но вот ее бы они точно не тронули. Видно же, что девчонка ухоженная, значит, есть кому хай поднять. Себе дороже с такой связываться. Ладно, какие у тебя еще версии есть? Давай сразу все переберем, чтобы эту тему закрыть.

— Больше никаких, — призналась девушка. — Хотя…

— Нет, это не реалити-шоу, — на этот раз ее перебил я. — И камер тут тоже нет.

— Тогда почему? — Ее лицо страдальчески скривилась, глаза налились слезами. — Я совсем уж ничего не понимаю!

— Тебя как зовут? — осведомилась у нее моя напарница. — А то как-то нечестно выходит — тебе наши имена известны, нам твое нет.

— Полина, — помедлив секунду, все же ответила девушка.

— Вот и замечательно. Ну а что до твоего вопроса, так все просто. Ты, Полина, умерла, — как-то очень буднично произнесла Инна. — Потому и оказалась здесь, в нашем замечательном отеле.

Блин. Неожиданно. Наши-то коллеги этот момент обсуждают, сомневаются, теории заговора строят, а Инна просто берет и только-только заселившейся девице правду как она есть выкладывает. Потому к этой ситуации отлично подходит хрестоматийная фраза «А что, так можно было?».

А если все-таки нельзя? Не налетим ли мы на первый минус? Может, даже не один?

— Чего? — ошарашенно произнесла Полина. — То есть?

— То и есть. — Инна подошла к ней, вынула вазу из рук, следом за тем, нагнувшись, собрала цветы с пола. — Как именно это случилось — понятия не имею, по крайней мере пока, но если ты тут, с нами, то сомнений никаких в этом нет.

Полина застыла на месте, переваривая услышанное, я с интересом наблюдал за ней, напарница же отправилась в ванную, где вскоре зашумела вода.

— Она не шутит? — Полина потыкала указательным пальцем в ту сторону, куда удалилась моя коллега.

— Нет, — подтвердил слова напарницы я, решив, что народная мудрость права и более одного ответа за сто бед нам давать не придется. — Все так.

— Но это же бред?

— Почему? Кто, собственно, вообще наверняка знает, как оно все будет обстоять после смерти? Я вот еще при жизни слышал множество версий, но, как оказалось, ни одна из них рядом с реальностью не стояла. Впрочем, я и тогда не сильно во все это верил. Даже могу объяснить почему.

— Почему?

— Потому что все те, кто их излагал, тоже были живы. А как можно уверенно говорить о том, что ты лично не испытал в полной мере?