— Вот теперь точно на рекорд идем, — сказал я доктору. — Ниже уже никто из ваших не спускался. Образец кристалла нужен?
— Нужен, но не сейчас, — вздохнула Соин-старшая. — Осторожнее, вас окружают.
Всякая насекомообразная нечисть подтягивалась с трех сторон. Но стоило мне спрятаться за трупом самого свежего ящера, как вся мелочь наперегонки бросилась к нему, забыв про меня.
Ну, надеюсь, нейротоксин им придется по вкусу.
Я пошел дальше, будто по мостикам, раскиданным над пропастью в хаотичном порядке. Где-то они были совсем узкие — не больше метра, а где-то широкие, хоть футбол играй.
— Алекс, — позвала меня доктор, — проверьте вон тот участок. Есть очень большая вероятность, что источник сигнала был именно здесь.
На карте экшн-сканера замигала точка метрах в двухстах, где-то за насыпанным каменным холмом. И пошли визуальные эффекты, будто дрон пытался соединить две проекции: то, что было с учетом доступных привязок, и то, что мы видели перед глазами. Спорное решение, учитывая, что привязки могли быть неточными.
Но дорога была свободна, и, пока ящера не доедят, такой может и остаться. Я выпустил Искорку, оправив ее летать вокруг «мостков». И стал дорисовывать собственную объемную карту. Для этого я выбрал путь, где надежность переходов не вызывала вопросов.
И двинулся вперед.
Глава 22
Я проскочил узкий перешеек, стараясь не смотреть вниз. Какие-то, блин, темные глубины Мории. Метров на триста что-то еще проглядывается, а дальше уже навалены очередные скальные породы. Потом какой-то каменный «бурелом», и только уже где-то под ним тянется равнина. Здесь не просто отдельный биом, здесь свои полноценные долины, моря и леса.
Пусть и с поправкой, что вместо воды тут агрессивная вязкая жидкость, а деревья похожи на гигантские кораллы. Либо сразу такими выросли, либо за сотни лет засохли, обледенели, а потом кристаллизовались перед тем, как еще через сотню лет рассыпаться в прах.
— Как же все-таки здесь интересно и необычно все, — сказала Сюин-старшая, явно смотря на все другими глазами.
— Вот только оставаться здесь совершенно не хочется, — хмыкнул я и ускорился, подходя к отверстию в здоровом валуне.
Проход выглядел как перевернутый треугольник, но утверждать, что он рукотворный, я бы не смог. Возможно, так когда-то схлопнулись каменные глыбы. Две сползли, уткнувшись галочкой, а третья прихлопнула их сверху. Потом уже землетрясения и оползни доработали форму.
Я остановился у порога и заглянул внутрь.
Типичная для Мерзлоты пещера, компактная, заваленная камнями. Есть бледное свечение, идущее словно из пола. Наверняка какие-нибудь очередные светлячки-паразиты и люминесцентный мох. Сканер молчит. Судя по звукам, вроде никто в углу не шкерится, только гудит что-то, как трансформаторная будка. Но здесь почти везде так гудит, зудит, шипит и еще эхом разгоняется.