Я следовал за дроном, не отставая. Пересек коридор, не обращая внимания на закрытые двери. Вместе с ним проскочил через нужные, открывшиеся при его приближении, и оказался в следующем узком пространстве, похожем на вагон поезда. Только двери были по обе стороны, и каждое имело окошко, совмещенное с интерактивной панелью. Первых два экрана не работали, а двери были открыты — внутри прямоугольная камера без всего. Прост бокс со скайкрафтовыми стенами средней помятости: виднелись как царапины, так и вмятины.
Дальше все было активно. Еще по два десятка боксов с каждой стороны. На первом же экране был изображен силуэт раптора. А через окошко в глубине бокса проглядывался чешуйчатый бок. Следом шло несколько боксов с многоножками — разных видов и размеров. От совсем какой-то «компактной» всего с восемью лапами, до гиганта, который с трудом помещался внутри и брюхом царапал смотровое окошко.
Нашлось несколько гибридов, какая-то желеобразная хрень, которых я раньше не встречал, и даже один ледяной хорек. Но странный — либо его мама согрешила с раптором, либо это уже ученые намудрили.
В конце помещения обнаружились четыре камеры поинтересней. Во-первых, там стояли операционные столы с подсветкой, как в больницах. Во-вторых, на экранах были изображены человекоподобные монстры.
Через окошко на двери в одном боксе я смог разглядеть синее пятно под столом. В двух других и того меньше — только короткую тень на полу.
А вот от того, что увидел в четвертом, я чуть язык не прикусил, резко отпрянув от экрана. На ту сторону стекла вдруг набросилась чья-то морда. Вполне человеческая бледно-синяя морда. Она оскалилась, продемонстрировав синие десна и темную дыру выбитого зуба на верхней челюсти.
Глава 30
Человек с синей кожей перестал скалиться. Лицо разгладилось, став почти нормальным. Если так можно сказать про грубую кожу, испещренную мелкими язвочками. В глазах без ресниц появилось осмысленное выражение. И он заговорил, хоть и хрипло, с дополнительным искажением из-за встроенного динамика.
— Вы-пу-сти, — сказал синекожий тихим голосом, медленно растягивая слоги.
— Ага, щас! — фыркнул я и оглянулся на робота-уборщика. Чего он там копается? Нам бы дальше сквозные двери без задержек открывать, а не со всякими тут разговаривать.
Дрон-пылесос тем временем застрял где-то посередине коридора. Он старательно лил химию и возил щетками возле одной из дверей. Я пригляделся. На полу были не только бетонные крошки, выбитые из длинных и глубоких борозд на стенах, но и чья-то кровь вперемешку с засохшей слизью.