Всего я насчитал четырнадцать шипов, воткнутых в синее тело.

С трудом, но я все-таки пролез рядом и заглянул в лицо синему. Не знаю, что я там хотел увидеть, но точно не то, что его глаза будут открыты.

А потом еще и моргнут.

Крионик вылупился на меня, в его глазах что-то закрутилось, словно там подрубились какие-то контакты, и он пытается выйти на связь с Лэйном. Тело мутанта вздрогнуло, но сдвинуться не смогло, только кожа в нескольких местах натянулась.

— Привет Лэйну передавать не будем, — сказал я и, выхватив крафткомпакт, выстрелил мутанту в голову.

Тот же эффект. Мутант вроде дернулся, но не смог сползти со штырей даже на миллиметр. Голову тоже опустить не смог — настолько плотно его растянуло. Из пробитого лба вытекла тонкая струйка синей крови. Осмысленность из глаз пропала, а тело начало промерзать, будто его разом отключили от какого-то внутреннего теплообмена.

Буквально через минуту он уже покрылся изморозью. И тут случилось странное — шипы пришли в движение. По одному, с глухим чавканьем, они стали выходить из тела и втягиваться обратно в стены. И так происходило со всеми ловушками по всему коридору. Освобожденный мутант упал, а перед моим визором промелькнул шип, спешащий убраться в стену вместе с остальными.

Вскоре я оказался в абсолютно чистом тоннеле. Шипы попрятались все. Отверстия мигнули зелеными искрами, пустив волну от самого верха до низа. Я успел разглядеть дверной проем и каменные осколки. А потом иллюминация побежала обратно, только цвет изменился — теперь все мигало красным. Мигнуло и ушло в темноту.

«Алекс, ловушки перезагрузилось», — нейтральным, даже будничным тоном проскрипела Искорка.

Я мысленно кивнул и замер, стараясь даже не шевелиться. Попытка всего лишь повернуть шлем тут же «разбудила» один датчик. Загорелся красный огонек, выпустив из стены луч, как у лазерной указки. Потрескивая в динамиках, лазер застыл в паре миллиметрах от моего виска. А на стене начали загораться соседние от луча точки. Первый круг, потом второй — пока не так ярко, будто бы они перешли в режим готовности.

«Хорошо, что ты, пока пролезал между шипами, застрял в мертвой зоне ловушек», — тихонько сказала Искорка, словно не была уверена, сработают ли ловушки на звук.

— Скорее в живой зоне, — ответил я. Размялся в кресле, а то стало казаться, что кости затекают в неудобном положении. — Похоже, плохая была идея освобождать мутанта.

«Нормальная. Мы и правда не представляем себе возможности у Лэйна. Может, он специально его использовал, как камеру. И пройди мы мимо, устроил бы суицид в худший для тебя момент», — ответил дрон, накидывая на экране какие-то расчеты по ловушкам.