— Как вы узнаете, что я справился? — с подозрением уточнил я. Что-то Колян Тропинкин, тьфу, Дорожкин резко перестал мне нравиться.
— Об этом не переживай. Как только ты снимешь браслет, я с тобой свяжусь, — он постучал по планшету, что-то там высматривая. — Тебя уже ждут твои друзья, они на крыше возле голубого бара. Я тебя не тороплю, но время лучше зря не терять. Буду ждать от тебя хороших новостей.
На этих словах он развернулся и вышел из кабинета, оставив дверь открытой.
Про время прозвучало двусмысленно. Впрочем, и весь этот отмороженный дед был той еще загадкой. Ладно, посмотрим еще, кто кого.
В двери показался охранник и довольно вежливо покашлял, призывая меня на выход. Я бросил последний взгляд на кабинет, запоминая, откуда вылезли робопсы и турели. Кто знает, при каких обстоятельствах я сюда в следующий раз наведаюсь? Потом едва заметно кивнул ассасину и пошел с охранником на выход. Меня повели другим путем, вывели не в галерею, а к запасному лифту, который сразу же повез меня на крышу.
— Ты совсем что ли отморозился, бро? — радостно заголосил Боб, которого я нашел именно там, где сказал Лэйн. — Где тебя носит? Зеленая шипучка — отпад! Ну, и красная тоже, — добавил вполголоса Роберт и покосился на Анну, разговаривающую с каким-то седым профессором.
Я не успел ничего ответить. Здесь тоже была сцена, на которую как раз вышли два человека. Лэйн и Питерсон — недавно избранный глава администрации Вавилона, которого все называли просто мэр.
Прозвучала торжественная речь про вызовы, которые бросает нам Мерзлота. Про планы, задачи, про сплоченный дух всех жителей Четвертого полюса и неоценимую помощь компании «Майтен»… бла-бла-бла…
Я не слушал. Взял в руки холодный бокал с зеленой шипучкой, покосился на браслет и поднял тост, тихонько проговорив его себе под нос:
— Эх, Дорожкин, ты не три года назад ошибся, ты сейчас ошибся… Вызов принят!
Глава 7
Я открыл глаза и поерзал на подушке, устраиваясь поудобнее. Слишком рано, чтобы вставать с постели и начинать новый день. Повернулся на другой бок, стараясь снова провалиться в сон, но рука как-то слишком свободно растеклась по белоснежной простыне. На «Сорок второй» не было ни лишних сантиметров, ни белых простыней. Там в шкафу лежали только полосатые, как в поездах моей юности, и пахли они, к слову, точно так же. В отеле белые простыни были, но койка была одноместная и очень узкая. Так где это я?
О! Сома-вода. Обожаю новый мир! Наконец-то человечество изобрело способ быстро справляться с сушняком! Я схватил стакан с тумбочки и жадно выпил большими глотками.