– Тихо-тихо… – слышу я ласковый женский шёпот.

– Маму свою… затыкать… будешь… мразь… ёбаная, – хрипло отвечаю я нежному голосу.

Губы слиплись, челюсть и язык слушаются очень хуёво. Что со мной? Что это вообще за голос? Ёбаный в рот, где я?! Я снова открываю глаза. В белом слепящем тумане пытаюсь сесть. Боль разрывает всё тело, кто-то с силой прижимает меня к кровати, не давая встать, но этой силы недостаточно, чтобы удержать меня.

– Успокойтесь, ради бога! – прокричал перепуганный женский голос. – Вам нельзя вставать! Сюда, кто-нибудь, сюда! Позовите Джонатана! Чан очнулся!

Джонатан? Чан? Ёбнутый капитан… метро…вирус…волновая пушка…побег…выстрел…асфальт. Я всё помню. Меня подстрелили. Я потерял сознание. Видимо, нас взяли в плен. Хотя, почему тогда зовут капитана? Возможно, это другой Джонатан… Блять, какова вероятность встретить ещё одного мудака с именем Джонатан в нашем городе? Хер с ним, лучше не дёргаться и подождать, что будет дальше. Убить тут всех я всегда успею. Даже в таком состоянии я могу убить тысячи этих уёбков голыми руками… В таком состоянии? А в каком я состоянии? Блять, походу в очень хуёвом…

Я валюсь назад и закрываю глаза. Какое наслаждение опять нихуя не видеть и не двигаться… Нестерпимая боль приятными и ласковыми волнами растекается по всему моему телу.

Слышу топот. Раздаётся глухой удар и скрип – кто-то распахнул дверь. Походу, ударом ноги. Сука, я научу тебя двери руками открывать, гнида.

– Что случилось?! – спрашивает незнакомый басистый голос.

– Чан очнулся! Глаза открыл, вскочил с кровати… перепугал меня до смерти, – ответила девушка испуганным голосом.

– Так он же лежит вроде… И глаза закрыты…

– Он лёг… снова.

– Может, показалось тебе?

– Нет конечно! Как такое показаться может!?

– Не знаю, может заснула ты?

– Я не заснула, просто протирала ему лоб холодной…

– Да завалите вы ебальники… – простонал я. Затем понял, что вышло как-то грубовато, и добавил:

– Пожалуйста…

Получилось как-то слишком мягко, небольшая корректировка:

– Хуесосы ёбаные…

Голова разболелась просто дико. То ли от того, что я открыл глаза и подорвался с кровати, то ли из-за пиздежа этих обсосков.

Снова шаги – в помещение вошёл ещё кто-то.

– Чан очнулся? – спросил знакомый голос.

– Ага, – ответил басистый голос шёпотом. – Сказал, чтобы мы завалили ебальники…

– Ну, значит, точно оклемался. Не обращайте внимания, он не со зла, просто его цыгане воспитывали.

– Ага. Я бы на вашем месте этого уёбка вообще не слушал. Он уже залечил вам байку о том, что он бессмертный капитан межгалактического корабля? – спросил я, не открывая глаз, и радуясь тому факту, что говорю уже почти также свободно, как обычно. – Так вот, это всё пиздежь. Прячьте своих детишек, потому что перед вами педофил-рецидивист, трёх дней прожить не может без новой жертвы. Поглядите на его щёки, если впали – прячьте детей, к хуям собачьим, капитан проголодался. В смысле, не к хуям их прячьте, а в шкафы или… да похуй, короче, куда, главное, чтобы он не нашёл.