И кто это у нас там такой инициативный, а?
Я поднимаю голову и упираюсь взглядом прямо в наставленный на меня ствол автомата.
— Скольких я зарезал, сколько перерезал, — непроизвольно начинаю напевать, пытаясь придать лицу устрашающее выражение, как в фильме.
Наверное, это смотрится дико глупо и нелепо: голый и далеко не атлетичный я, без малейших следов загара и хоть какой-нибудь дрянной татуировки, наступаю на вооруженного бойца в полной экипировке, считая бронежилет и тактический шлем с поднятым «забралом».
А ведь мне на себе даже порвать нечего, для пущего эффекта. Разве что клок волос могу с груди выдрать.
— Смотрите-ка, да у нас тут настоящий рецидивист — маньяк-потрошитель, не иначе! Несчастную девочку во сне зарезал… — ухмыляется спецназовец, изготавливаясь к стрельбе.
Ур-род, а ведь это ты меня приложил, я тебя запомнил!
— Ну что, избавим землю-матушку от опасного маньяка и насильника спящих женщин? — поворачивается к Руперту боец.
И тот утвердительно кивает.
Глава 3 И все же я супер!
— Вот и кончилось твое везение, Счастливчик, — ухмыльнулся боец.
До меня наконец-то дошло, что это все не игра и не шуточки, и я попятился назад. Шаг, второй, третий. Ученые с любопытством наблюдали за нами из-за бронированного стекла, а охранники, что стояли у бронированной двери, ведущей за этот прозрачный барьер, заметно напряглись и тоже вскинули оружие.
Что-то холодное и металлическое коснулось моего обнаженного зада.
Повернуться и посмотреть, на что это я наткнулся? Нет. Даже на долю секунды страшно оторвать взгляд направленного на меня оружия. Почему-то мне не хочется пропустить Тот Самый Момент.
— Ну куда же ты, а? А ведь мы действительно тебя между собой прозвали Счастливчиком. Даже ставки делали, с какого раза тебя эта аномалия в фарш перекрутит… Ты мне, кстати, сотку баксов должен…
И он вскинул автомат, упирая приклад в плечо и делая быстрый шаг в мою сторону.
А я закрыл глаза и вытянул вперед руки, словно надеясь раскрытыми ладонями защититься от выпущенных в меня пуль.
Раздался короткий вскрик, а потом громыхнула длинная очередь.
— С-сука! Какой урод это сделал⁈
Сделал что?
Пришлось мне открыть глаза — любопытно же!
Увешанный броней и оружием спецназовец лежал на полу, напоминая огромного пятнистого жука, перевернутого на спину, и так же забавно шевелил руками и ногами, словно лапками. Автомат валялся рядом, а из ствола струился едва заметный дымок.
Я опустил голову вниз, пытаясь рассмотреть, куда именно попали выпущенные пули, но сделать это мне помешала возникшая прямо перед глазами надпись: