— Если хочешь, посмотри сам, — протянул я парню фотоаппарат. — Только видео не удаляй. Оно наше основное доказательство произошедшего.
— Она… она… мер… тва? — выдавил блондин сквозь душащие его рыдания.
— Увы. У неё уже не оставалось ни малейшего шанса, — подтвердил я.
Впрочем, надо признаться, что тут мне пришлось соврать. Ведь такой противоестественный симбиоз человека и демона я встретил впервые.
Молодой человек закрыл лицо руками и сполз на пол. Плечи его затряслись от беззвучного плача. Я молча присел рядом с ним и ободряюще сжал худощавое плечо. Не бог весть какая поддержка, но большего я дать не могу.
К сожалению, на моей службе смерть часто становится единственным средством, которое способно принести избавление и очищение. Это благо, которое ликвидаторы несут обществу. Но оно имеет чертовски горький привкус, как и положено всякому лекарству.
Глава 17
Толкнув ногой калитку, Алексей Аркадьевич протиснулся во двор, шурша объёмными пакетами.
— Вот чёрт, опять пандус засыпало, — проворчал он, поднимаясь по заснеженному крыльцу.
Последние дни он практически не появлялся дома. Поручения Инессы Романовны отнимали всё свободное время, из-за чего иной раз даже ночевать приходилось в машине. Что уж говорить про такую недоступную роскошь, как душ или полноценный горячий ужин.
Иными словами, единственное, чего сейчас хотелось Зорину — это просто поваляться на диване и вздремнуть час-другой. Но увы, придётся повременить. Собственный дом — это такое магическое место, в котором всегда найдётся место трудовым подвигам. Тут подлатать, там откопать, здесь приколотить. И кроме тебя этим заняться больше некому.
Вот сейчас обязательно нужно расчистить крыльцо, иначе Даша на своей коляске не сможет даже спуститься свежим воздухом подышать. А врачи ей настоятельно рекомендовали бывать на улице почаще.
— Дашуля, привет! А я мороженого тебе купил! — крикнул Алексей, едва переступил порог.
Но никто не откликнулся.
— Дашуля, ау! Ты где⁈ — забеспокоился мужчина.
Он опустил пакеты на пол и, не разуваясь, поспешил вглубь дома на поиски супруги. В гостиной никого. В спальне тоже пусто. Тревога тут же сдавила грудь колючей петлёй.
— Это как ещё понимать… — ошеломлённо пробормотал Зорин, наткнувшись на пустующее кресло-каталку.
Последние полтора года Дарья вообще предпочитала с него не вставать без особой нужды. Медики поставили ей неутешительный диагноз — прогрессирующая лёгочная гипертензия. Из-за этого супруга Алексея страдала от сильной одышки, которая возникала от любой даже самой незначительной нагрузки. Например, от простой ходьбы. А длительное нахождение на ногах вообще грозило обмороками и мучительными признаками удушья. Потому вид пустующей коляски лишь усилил волнение Алексея.