— Бугров, в мой кабинет. Немедленно.
У Ольги от такой ехидной вкрадчивости в чужом голосе мурашки побежали по спине. Но на Петра, кажется, это не произвело впечатления. Он поднялся из-за стола, оказавшись выше начальницы сразу на две головы, и спокойно проследовал в кабинет, отделённый стеклянной перегородкой.
— Ох, что сейчас начнётся… — поморщилась Светлана Давидовна. — Бугров её с самого утра до белого каления доведёт, а нам потом весь день, как на пороховой бочке сидеть…
И словно в подтверждение её слов в кабинете руководительницы отдела резко опустились жалюзи, а затем что-то звучно грохнуло…
Глава 4
Как я и думал, Оксана Рудольфовна мой вчерашний демарш не простила. Стоило мне только занять рабочее место и открыть корпоративную почту, как она нависла над моим столом.
«В мой кабинет», — говорит. Да ещё и «Немедленно».
Ну вот что за неугомонная баба? Чего ей неймётся? Разумеется, вопросы это были риторические. Так-то я прекрасно понимал, что она задалась целью загнобить меня и вышвырнуть из «Оптима-фарм», поскольку воспринимает меня как претендента на её должность. В теории, наверное, я бы мог попытаться. Слава богу, батя ещё прекрасно соображает. И потому вполне способен меня натаскать, да помочь советом. Но на практике — на кой хрен мне такое счастье?
Но Рудольфовне, конечно, этого не объяснишь. Вон, как лютует. Папкой по столешнице стучит, толстыми ручками размахивает, слюной брызжет. Минут пять орёт уже, не меньше.
Но я сносил весь поток ругани с мертвенным спокойствием, что ещё сильнее заводило начальницу.
— Это не-по-зво-ли-тель-но, Бугров! — глушила она своим голоском. — Вы подводите весь коллектив! Ваше наплевательское отношение к обязанностям бьёт по всему отделу! А что если каждый мне заявит то же самое, что и вы⁈ Ну⁈
— Тогда придётся платить всему финансовому отделу сверхурочные, и красивой картинки в табелях учёта рабочего времени уже не получится, — бесстрастно пожал я плечами.
— Да как вы смеете разговаривать со мной в таком тоне!!! — натурально завизжала Рудольфовна. — Я вам что, подружка какая-то⁈ Всё, моё терпение лопнуло! Отныне вы, Бугров, будете…
— Стоп!
Я звучно шлёпнул ладонью по совещательному столу, отчего тот опасно затрещал. Моя внезапная вспышка заставила руководительницу подавиться продолжением реплики и уставиться на меня глазами круглыми то ли от страха, то ли от изумления.
— Чего вы от меня хотите, госпожа Ольшанская? Чтобы я пахал внеурочно, как остальные, за толику вашего расположения? Забудьте. У меня дома отец после инсульта восстанавливается. Поэтому ровно в шесть часов вечера я буду вставать со своего перекошенного кресла, которое мне уже два месяца никто не может заменить, и уходить. Если вас это не устраивает, то пожалуйста, попробуйте меня уволить. Строчите докладные, оформляйте служебные записки, да что хотите делайте. Но знайте — я стану активно защищаться. Если начнётся разбирательство, я первому же ревизору выложу обо всём, что творится в отделе. Вполне вероятно, что у меня на телефоне даже найдётся несколько занятных видео, где вы, Оксана Рудольфовна, грубейшим образом нарушаете корпоративно-социальную этику. Как кричите на подчинённых, оказываете моральное давление и всячески унижаете их человеческое достоинство. А если вдруг в этом начинании меня поддержит ещё несколько сотрудников из отдела, то внутренняя безопасность вам обеспечит месяцок пристального наблюдения. А там, глядишь, и вашим авторитарным замашкам дадут оценку на предмет соответствия высоким деловым стандартам «Оптима-фарм». Ну как, готовы к такой зарубе?