Ну а чего? Одной Ольшанской, что ли, доставать меня? Пусть тоже понервничает, коль такая деловая. А то ишь ты, разошлась в последние дни, тиран в юбке.

Когда двери лифта отъехали, моему взору предстало практически стерильное помещение. Антуражем оно никак не отличалось от нашего тринадцатого этажа. Всё то же оформление стен, ковролин, цветовая гамма и похожая мебель.

О топ-менеджерах байки среди работников самые разные ходят. Якобы у них наверху и оранжерея, и бассейн, и тренажёрный зал, и ресторан, и даже стриптиз-клуб оборудованы. И каждый раз перечень всевозможных заведений ширится или видоизменяется. Поэтому увидав ровный рядок кресел, практически таких же, на которых сидим мы, да стойку с охранником, я где-то глубоко внутри испытал небольшое разочарование.

Опять слухи наврали. У них тут, оказывается, всё точно так же, как и у нас.

— Карты идентификационные предъявите, — командным тоном потребовал охранник.

Мы с начальницей молча протянули зелёные бейджи, висящие у нас на шеях. А сотрудник службы безопасности так же молча их отсканировал каким-то хитромудрым устройством. Потом повернулся к компьютеру и что-то принялся там печатать.

— Ну и? — поторопил я, когда пауза затянулась уже неприлично долго.

— Сказано — ждать, — грубо бросил мне охранник.

А у меня, понимаешь ли, острая непереносимость борзоты. Назовём это так. Когда мне дерзят, то и я начинаю вредничать. Это неконтролируемая ответная реакция организма, которая выработалась с годами. Так что…

— Знаешь, у меня идея получше, — преувеличено оптимистично улыбнулся я. — Прямо сейчас я вернусь на своё рабочее место. А когда вы тут созреете, то ты лично придёшь меня об этом оповестить, ага?

Сотрудник безопасности иронично задрал бровь и посмотрел на меня, как на идиота. Всем своим видом он давал понять, до какого места ему моё предложение. Однако когда я невозмутимо отправился к лифту, кое-какое смятение всё же на его лице отразилось.

— Бугров, ты куда пошёл⁈ — задохнулась от шока госпожа Ольшанская.

— Как куда? «Текучку» закрывать! Вы ж на меня опять под две сотни заявок свалили.

— Но… но тебя же ждут!

— Как видите, это оказалось не срочно, — злорадно осклабился я и шагнул в подъехавшую кабину.

Дальше я, как и обещал, вернулся за свой стол. Успел даже завести в программе несколько операций и отправить два возврата средств на согласование. И лишь после этого в дверях показалась целая делегация.

Итак, мою скромную персону почтили вниманием сама Рудольфовна, лысый как коленка тип, который хотел меня в пятницу задержать, и ещё какой-то охранник. Но не тот, что сидел за стойкой на сорок восьмом этаже. Ц-ц-ц, как нехорошо! Ну я же сказал, чтобы он за мной лично зашёл. Или у меня с дикцией что-то?