— Ни хрена себе… — сдавленно пропищала Асура. — Я думала глубже уже некуда…

Я схватил её за бедра и принялся за работу. Чертовы людишки, из обычного, естественного процесса размножения они сделали нечто отвратительное, пошлое, грязное, приятное, приятное, приятное… я опять сбился, забыл о чем думал…

Только её стоны у меня в голове, они переходят в хриповатые крики, и я понимаю, что ей так нравится. Шлепки от соприкосновения мокрых тел. Стук по железу контейнера, когда Асура упирается в него локтями. Бесконечно и неестественно долго, пока ноги не начинают дрожать от напряжения у нас обоих, а поясница отказывается двигаться от перенапряжения.

Мико отстранилась и быстро развернулась ко мне лицом.

— Отдохни, — выдохнула она, показывая на пол. — Давай ложись!

Я повиновался, она вновь оказалась сверху, продолжая безумную скачку. Я схватил её за волосы и привлек к себе, её глаза блестели как лед на том озере, где я утопил Эцуро. Она вновь укусила меня за губу, прижалась так плотно, что не разлепить, и стала водить бедрами быстрее прежнего.

— Давай, давай, давай, давай, давай… — шептала она в перерывах между поцелуями.

Когда её стоны и шепот переросли в продолжительный крик, я подался вперед, выпуская весь чертов поток эмоций, который во мне накопился, и на секунду мы превратились в один пульсирующий организм.

* * *

Мы лежали на фанерном полу контейнера, в чем мать родила, и курили, уставившись в потолок.

— Где ты этому научилась? — спросил я устало, выдыхая дым и передавая сигарету ей.

— Нас многому учили на уроках сексологии, знаешь ли… — ответила она. — Но дело тут, наверное, в другом. Я просто слишком долго тебя хотела.

— Могла бы хоть намекнуть.

— Ты слишком тупой, чтобы понять мои намеки.

Я решил обидеться, но потом передумал. Похоже, что это была шутка. Или нет?

— Такого со мной ещё не бывало, — признался я, — правда.

— Со мной тоже, — произнесла она с сигаретой в губах. — Ноги до сих пор дрожат, не знаю, как теперь вставать. Ты не умеешь разочаровывать, Икари Рио, поэтому я тебя и выбрала.

— А как же Тао?

— Что, хочешь её пригласить? Тебе мало что ли? — усмехнулась она.

Опять шутит? Вот черт, да что такое…

— Я о произошедшем.

— Подуется и успокоится, сама виновата. И кстати, то что ты сделал сегодня на озере… Не знаю, правильно это было или нет, но знай, из нашей группы тебя никто не винит, ты отомстил как положено. Правда, я не знаю, к чему это приведет. Однозначно, последствия будут.

— Я выкручусь, — зевнул я. — Всегда выкручиваюсь.

— Посмотрим, как ты это сделаешь сейчас, — улыбнулась она и положила руку мне на живот. — Ну что? Второй раунд?