Еще одна фраза с вопросительными интонациями. Василиса ответила — на немецком, после вновь серия вопрос-ответ. Мужчина спрашивал спокойно и с утомленной ленцой в голосе, не показывая желания встать и равномерно покачивая узким носком ковбойского ботинка.

— Он спрашивает почему мы так долго и почему нас так мало, — перевела Василиса.

Я даже сразу не нашелся, что сказать в ответ. В зале повисла было тишина, но совсем ненадолго, разогнанная шуршанием — незнакомец начал есть орешки из яркого пакетика.

А он ведь именно нас ждал, а внучка американского диктатора жива только потому, что служит приманкой для согласившихся на быстрый рейд ковенантов. И это определенно верный ответ, жаль только, что за него победу в матче не присуждают.

Молчание затягивалось. Не дождавшись реакции, незнакомец поднялся и сделал несколько шагов нам навстречу. Когда он вышел из полумрака, Гера испуганно выругался.

— Фы русские? Руссланд?

Седина, узкое морщинистое лицо, яркий пакет с орешками в левой руке, ковбойские желтые ботинки, голубые джинсы, алый платок в белый горошек в кармашке твидового пиджака — все в незнакомце было хорошо, как у обычного человека. Кроме глаз — абсолютно черные, словно два отполированных камня в глазницы вставлены.

— Фас много ждать, йа устафать, — не скрывая разочарования сообщил нам незнакомец, положив на барную стойку пакет с орешками и отряхивая руки. В этот момент Василиса выпустила сразу две стрелы, а я начал стрелять.

Стрелы пролетели мимо, разойдясь по сторонам. Как и пули — выбивая щепки из досок в стенах по сторонам от незнакомца. Гера в оцепенении так и хлопал глазами, Василиса снова натягивала тетиву, я спешно менял магазин. Странный мужчина, так и не отходя от демонстративной ленцы взмахнул кистями рук, словно надоедливых мух отгоняя. Лук со стрелами полетел в одну сторону, Василиса со сдавленным криком в другую — её как невидимым грузовиком снесло. Вижу краем глаза, что лежит ничком у стены без движения.

Гера секунду назад только сдавленно хакнул — его обвили вырвавшиеся из пола несколько черных блестящих жгутов, подвешивая к потолку и сразу же заключая в кокон. Похоже, его там парализовало — тонкая темная пленка натянулась на замершем и растянутом в гримасе крика лице.

Магазин уже встал на место, но последовал еще один резкий взмах и автомат мой отлетел в сторону, только черная тень рядом мелькнула. Я невольно вскрикнул от боли — правую руку высушило болью до полной нечувствительности. Лицо мужчины исказилось, словно под ним скрывалась маска зверя — похоже, в момент использования силы он с трудом сохраняет человеческую форму. Но справился, остался в прежнем облике, только в уголках глаз тонкие черные прожилки под кожей появились.