— Если бы все пошло по плану, пресс-конференций с такими заходами было бы немало для всех групп по всему миру и где-нибудь трагедия случилась бы однозначно, — озвучила очевидное Василиса.

— Именно. В этом плане нам просто сказочно повезло, хотя здесь удачу вряд ли стоит приписывать слепому случаю. Без участия Фортуны и мужества юной девушки, как придет в себя передавайте ей мое уважение, никакого везения бы не было, — прижав руку к груди, картинно поклонился Брагин Анне. — Я очень сомневаюсь, что в каждой группе нашлась бы своя Алиса, так что общая проверка закончилось бы большой кровью.

Брагин отвлекся, активировал меню омнифона, взгляд его расфокусировался, будучи направленным в дополненную реальность.

— Лида, давай циркуляр по всем директорам — срочное совещание, код красный. Да, через полчаса.

— Почему тогда план решили реализовать только с одной группой, а не подождали всю толпу? — спросила Василиса, когда Брагин вернул взгляд из дополненной реальности.

— Так вы же спутали все карты. Пришли, увидели, победили, — посмотрел на меня Брагин. — Думаю, давая отмашку на начало акции в расчет взяли высокую вероятность, что до следующего прорыва кого-то из вас могли вывести на эмоциональный взрыв в неподходящем для интересантов месте, так что без жертв и шума прошло бы. Вы, Максим, собственно уже один раз продемонстрировали нечто подобное, когда вырвали дверную ручку неделю назад. Она, в общем-то, держалась крепче ваших физических возможностей в норме.

— Вторую на другой двери сходу как ты никто вырвать не смог, — подтвердил вдруг Атаманов.

— Теперь о неприятных вещах, — посмотрел на нас Брагин. — В высшем руководстве Ковенанта безусловно есть люди, непосредственно заинтересованные в громкой кровавой провокации. Их, запланировавших подобные проверки, сейчас будут спрашивать о мотивах. Я, правда, не очень уверен, что на собрании Совета сейчас будут присутствовать все те, кто эти проверки инициировал. Кое кто явно пошел ва-банк сегодня, ожидая от вас массового убийства, и ответ за действия держать вряд ли захочет. Но нужно понимать, что кроме организаторов есть и простые исполнители, — внимательно посмотрел на меня Брагин. — И еще надо понимать, что очень часто нельзя вот так просто взять и убрать человека из системы государственного управления. Потому что в этой системе все взаимосвязано, за порогом реальной власти нет независимых людей, каждый принадлежит к какой-то группировке. Сейчас объясню. Вот представьте дерево. Условно, президент со своей командой — это ствол. Ветви — его исполнительная и прочая власть, рычаги влияния, контроля и управления. Это инструменты, их можно рубить и отращивать новые. А вот корни — это и есть те самые группировки элиты, о которых я говорил только что. Не всегда от них возможно легко избавиться, часто их опасно даже не рубить, а трогать, потому что в ходе подобных экспериментов государственное дерево может потерять опору и упасть.