— Гера, ты мудак! — сообщил я товарищу мимоходом.

Еще одна стометровка и перескочив невысокое ограждение, я первым выскочил на трассу. Рядом с нами несколько машин — побитых об ограждение, к стеклам изнутри прижимаются обратившиеся пассажиры. Накрывший землю купол сумрака застал многих в движении, и машины теряли управление, сталкивались, вон неподалеку пара перевернутых.

— Туда! — крикнул я, заметив на съезде-стоянке неподалеку потрепанный грузопассажирский Валдай с манипулятором в кузове. То, что надо, тем более что стоит он с открытой дверью, а рядом не видно никого.

Видимо, сумрак застал водителя вне машины, и он ушел к виднеющейся неподалеку стоянке грузовиков. Внимательно осмотрев салон — убедившись, что никто между сиденьями не притаился, я запрыгнул на водительское сиденье. Зажигание включено, огоньки горят. Выключил, зажал тормоз и вдавил педаль сцепления, повернул ключ — бодро затарахтев двигателем, грузовик сразу завелся.

— Садимся, поехали! — высунулся я в открытую дверь.

Заметно окровавленный Виталик — прилично он о колючку порезался, потянул за собой бело-розовую тян, оббегая машину, важная персона подбежала ко второй пассажирской двери с моей стороны, взялась за ручку. Открыть не успела — Гера вдруг схватил ее за затылок и два раза что есть силы впечатал лицом в стекло. Вошла хорошо, смачно — так, что разбитые нос и губы аж чавкнули кровью. Во время второго удара он ее отпустил, и она отшатнулась, попятившись назад. С ускорением — прямо в лицо ей прилетел удар ногой. Гера широко шагнул и замахнулся снова, но я уже был рядом и ударил ему по ноге, сбивая замах и следом отталкивая. Неловко взмахнув руками, Гера пробежался боком и приземлился на задницу, одновременно грязно ругаясь — спрашивая меня, что я вообще сейчас сделал.

— Это ты что творишь, придурок?

Разъярённый Гера — видимо, злость при взглядах на золотую девочку в нем копилась с момента выхода с самолета, вскочил и попытался на меня замахнуться. Я уклонился, кулак свистнул совсем рядом с лицом, но продолжения не последовало — Гера уже отлетел сразу метров на пять, покатившись еще дальше вниз, по траве в канаву. Виталик, когда нужно, умеет быть быстрым — а его сто тридцать килограмм массы весомый аргумент, против которого Гера оказался бессилен. Ушан его даже не бил, просто пузом оттолкнул.

— Гера, ты дурак? — спросил сипло дышащий после ускорения Ушанище.

Гера уже поднялся на колени, стоя в грязевой воде канавы и не обращая внимание на текущую с волос мутную воду. Выглядит так себе, где только тот яркий юноша с рекламного плаката.