Алексей взял в руки бокал и понюхал жидкость, после чего аккуратно её пригубил.

— Сладковатое, но сойдёт, — поморщился он. — Не поверишь, но я впервые в Содружестве пробую пиво.

— Почему? Верю, — Жан-Поль тоже попробовал свой напиток. — Ничего так, на французское пиво с патокой похоже.

— Я знал, что вы извращенцы, но чтоб настолько! — шутливо выдал Алексей. — Я лагер предпочитаю. Жаль, что после ядерной войны нормального пива нигде не найти. Хорошо ещё, что в соседнем поселке нормальную самогонку научились гнать. Иначе бы жизнь вообще была невесёлой.

— Прости, что лезу не своё дело, — стал чуть более серьёзным француз, — но как ты тут оказался?

— Как-как… — набежала на его лицо тень. — Каком кверху! Меня вытащили из постели патрульные из бюро времени, притащили к себе на базу, и сразу под суд. Выбор предоставили просто шикарный: либо работаю на них, либо отправляюсь на компост. Правда, восхитительно?

— Судя по тому, что ты не компост… — выразительно посмотрел на него Жан-Поль в ожидании продолжения.

— Ты прав, парень, — кивнул он. — Я теперь работаю в этом чертовом бюро, чтобы им всем бакулюм в одно место залетел! Пока я всего лишь стажёр. Думаешь, мне это нравится?

— Весьма сомнительно. А сбежать от них нельзя?

— Сбежать⁈ — натянуто усмехнулся он. Слышалась в его насмешке затаённая боль. — Если бы это было можно, я бы так и поступил. Найдут же.

Его пробило на откровенность, хотя Кац не использовал ментальных способностей и даже не думал об этом. Алексей дотронулся пальцем до своего перстня, после чего тот стал видимым.

— Видишь эти числа? — поднял он взгляд на собеседника. — Это порядковый номер перстня. Он нанесён с помощью каких-то особых технологий и псионики. С помощью этой штуки меня могут отследить.

— Алексей… — Жан-Поль посочувствовал земляку, которого по сути сделали рабом. А рабство — то, что он не любил больше всего… после архидемонов.

— Что? — ответил земляк вопросительным взором.

— Видишь ли, я псионик. У меня тоже на перстне был выбит номер, но он мне сразу не понравился. Поэтому я попробовал его удалить. И это у меня получилось! Я могу и тебе помочь.

— Серьезно? — в его глазах появилась надежда. — Жан, ты же не шутишь?

— Какие шутки? Я полностью серьёзен. Кстати, это снимает с перстня ограничения на путешествия назад в прошлое.

— Знаю, — Алексей без сомнений решительно протянул руку в сторону француза и положил пятерню на столешницу. — Делай!

— Хорошо.

Ладонь Жан-Поля нависла над пультом времени русского. Он повторил с Пси те же действия, что и в прошлый раз над своим перстнем. Числа на пульте времени Алексея начали исчезать одно за другим. Так продолжалось до тех пор, пока он не дёрнулся. На перстне осталось лишь одно последнее число.