Лара рассмеялась. Джек немедленно влез:

— Не-е, ты чего! Это только Ларке разрешили, за хорошее поведение. А так-то, из лохмотьев не вылезают.

Лара вздохнула.

— Дурак… Я и тебя наряжу не хуже, — пообещала она Даше, — в Бункере не узнают.

— В Бункер ей теперь нельзя, — напомнил Джек.

— Да и черт с ним! Было бы, о чем горевать.

— Погоди! — Джек привстал в седле. — Еще кто-то скачет… Блин, да вы чего сегодня? А что будет, если я на неделю пропаду, до Ногинска в очередь выстроитесь?

— Народ! — тревожно проорали из темноты. — Гони к Дому! Боевая!

По произнесенным далее словам Даша догадалась, что адапты ругаются. Но спросить ни о чем не успела — таким сумасшедшим, бешеным аллюром они вдруг понеслись вперед.

* * *

Бывший церковный двор Джек пролетел так быстро, что оглядеться Даша не успела. Остановил коня у террасы, пристроенной к длинному двухэтажному зданию — Даша сообразила, что это и есть знаменитый адаптский Дом. Кинул поводья на перила, быстро ссадил спутницу с коня и потащил за руку вверх по ступенькам.

Терраса Дома освещалась неяркой лампой, закрепленной над входом. В свете этой лампы Даша увидела стоящую у перил молодую женщину, она повернулась к ним с Джеком.

— Инна, только не ругайся, — взбегая по перилам, предупредил Джек, — бункерную спугнешь.

Инну, «псевдомать псевдодетишек», как язвительно называла ее Елена Викторовна, — Даша знала, что подругу Германа наставница за что-то недолюбливает, — она увидела впервые. «Псевдомать» оказалась полной, веснушчатой и буйно-кудрявой. В одежде ее, так же, как у Лары, не присутствовало ни намека на камуфляж: джинсы и кофточка веселой расцветки. Непокорные, медного цвета завитки выбивались из пучка на затылке, Инна то и дело досадливо заправляла волосы за уши.

Перед террасой, на первый взгляд, царил полный хаос. Через освещенный фонарями двор пробегали деловитые парни и девушки, кто-то проносился верхом, и что-то куда-то беспрерывно тащили. Время от времени у Инны о чем-то коротко спрашивали и получали такие же короткие ответы, Даша заметила, что к вопрошающим «псевдомать» не оборачивается. Хаос Инну не смущал, было похоже, что она в этом бурлящем муравейнике и не оборачиваясь отлично ориентируется. Инна выжидательно смотрела на Джека и Дашу.

— Это бункерная, — объяснил Джек, — которая нам помогала. — Никакими «добрый вечер» и «как дела» он утруждаться не стал. — Там звездец, спалились. Вот, сюда ее припер.

Он каким-то образом оказался позади Даши. От этого смущенная донельзя девушка и впрямь ощутила себя привезенным из дальней поездки сувениром. Ощущение было, как говаривали адапты, «так себе». А выражение лица Инны — миловидного, но встревоженного, — она охарактеризовала бы как «Господи, только этого не хватало».