<i>«Угу. Один раз с нею обломался, жаждешь второй облом? Чтобы опять понять, что вы — не пара, а она тебя держит не за того, кого ты хочешь?»</i>

<i>«А если и жажду, то что? Она — не Долорес, и это — не лотерея. Так что утухни, Шимановский!»</i> — подвёл я итог беседы с самим собой.

— Как у меня будет возможность, я вытащу тебя в место, где можно будет проверить и твои, и мои способности, и сравнить их, угу? — воскликнула Бэль, предвкушая хорошую забаву. — Только не вздумай отвертеться, дескать, не хочу и пошутил!

— Замётано! — я поднял вверх большой палец.

— А дальше? — кивнула она.

— Что дальше?

— Семья. Ты ничего не рассказал о семье.

— Семья как семья! — не удержался и соврал я, беззаботно пожимая плечами. — Ничего интересного.

Дамоклов меч маминого прошлого висел надо мной. Может, Венера и особая планета, но напротив сидела девочка из высшего общества, не хотелось портить о себе впечатление сразу, на первом свидании, когда в общении ещё остры стереотипы. — Не сравнить с твоей душещипательной историей!

— Это хорошо, — с легкой завистью вздохнула она. — Ты даже не представляешь, какой счастливый!

А вот и нет, девочка, представляю. У тебя хотя бы есть отец, оба родителя, что бы между ними ни происходило. Они — достойные люди, и ты знаешь, кто они такие. Но пусть это знание остается со мной.

— А почему у тебя нет друзей? — резко перешла она на следующую тему, словно прочтя мысли о нежелании продолжать предыдущую.

— Наверное, потому, что я неудачник. — Я не удержался и махом излил сокровенное. Это неправильно, плакаться девчонке в жилетку, но мы из слишком разных миров, чтобы делать друг другу гадости или подлости. Если меня кто-то и выслушает в этом мире, то только она.

— С чего ты это взял? — в глазах девушки вновь появился блеск интереса.

— Разве можно считать себя «удачником», когда девчонки отворачивают от тебя нос при встрече? Или когда банда недоносков считает, что я не гожусь ни на что большее, кроме как быть их грушей? А ещё у меня такой язык, что выдает всю правду о людях, в самом нелицеприятном свете, невзирая на время и место.

— Меня обходят стороной, Бэль, за несколько километров. Но от меня и надо держаться подальше. Я вообще удивлен, что такая девушка, как ты, сидит со мной и беззаботно болтает.

— Какая «такая»? — напряглась она.

— Замечательная! — не удержался я. Она всё поняла по моим глазам и потупилась, чуть покраснев.

— Правда?

Я кивнул.

— Спасибо.

Мне снова стало её жаль. Если тебе некому сказать, что ты замечательная, сказать<i>искренне,</i> не подлизываясь — это серьёзно.