— Согласен, — кивнул я после долгого раздумья. — Касаемо всего согласен. Но последнее обстоятельство, девушки. Как ты объяснишь их патологическое неприятие меня? Сила? Девушки любят сильных. Но терпеть не могут неудачников. И они шарахаются от меня, как от огня.

— Это тоже не показатель «неудачности» — покачала головой собеседница.

— Хорошо. — Я задумался и выложил последний аргумент. — Ты знаешь, что такое «лотерея»?

Бэль кивнула.

— Дурацкая игра для малолеток. Мне она никогда не нравилась.

— Главное не то, что она кому-то нравится или не нравится, а то, что в неё играют. И вчера меня загадали.

Я смутился. Бэль же, наоборот, рассмеялась. Громко и заливисто, во весь голос. И смеялась достаточно долго, чтобы я сам не начал понимать абсурдность этого аргумента.

Отсмеявшись, Бэль надолго задумалась.

— Хуан, почему ты не прыгнул, когда я купалась?

У меня из горла чуть не вырвался стон. Ну вот, только вроде замяли и расслабились!

Но «наезда» в ее словах не было.

— Почему ты не сделал этого? — давила она.

Придётся отвечать.

— Не мог. Не хотел. — Мысли сбились в кучу, толково объяснить свой поступок не получалось.

— Брезговал! — уверенно отрезала она. — Ты мною брезговал!

Я застыл с раскрытым от неожиданности ртом, но оскорбления и обиды в её словах вновь не услышал.

— Ты увидел перед собой шлюху дающую первому встречному, и не захотел быть «первым встречным»! — добила она. Затем расслаблено откинулась на спинку кресла. — И знаешь что? Ты прав. Уже здесь, на лавочке, я поняла, как низко пала. А ведь до того даже не задумывалась об этом!

— Низко? Пала? — выдавил я. Наверное, на всей стомиллионной планете второй такой, как Бэль, не найдётся. Не бывает столько неординарных и эксцентричных особей женского пола с таким странным мыслительным аппаратом.

— Ты предъявляешь девушкам слишком высокие требования, Хуан. Настолько высокие, что они не в состоянии под них подстроиться. А ещё ты давишь на них так же, как и на всех остальных. Они для тебя — часть общества, и ты не можешь терпеть их «неправильность». Потому они шарахаются от тебя, как от огня. Они знают, что не потянут, и бегут, предпочитая не связываться, даже если ты им нравишься. Кстати, то, что тебя загадали, значит, что ты нравишься «хозяйке». Подсознательно. Люди склонны через агрессию обозначать то, что им по душе. Это как мальчики, дёргающие понравившихся им девочек за косички.

— Можно ещё раз? Немного не догнал!.. — я почувствовал, что голова идёт кругом.

— Ты нравишься «хозяйке», — повторила она. — Но она боится признаться в этом и подругам, и даже себе, потому, что на тебе общество поставило печать «странного» и «не такого, как все». Но на то, что ты ей нравишься, общество повлиять не в силах, и отрицая тебя, переводя в твой адрес некую агрессию, подставляя, она реализует свои тайные фантазии. То есть, твоя «лотерея» — подтверждение моих слов, а не твоих.