Дон Алехандро скептически хмыкнул. Кое в чём он был со мной не согласен. Но общий настрой разделял.

— Продолжай.

— Я хочу сделать так, чтобы Кампоса и его дружков исключили. Для этого спровоцирую его под камерами, устрою знатный дебош…

— И ничего этим не добьёшься. Скорее исключат тебя.

— Я подам жалобу во все возможные инстанции. Если понадобится — выйду на министра.

— Да кто тебе даст, выйти на министра!

— Министр сама выйдет на меня.

Дон Алехандро присел напротив, внимательно слушая.

— Я сделаю дебош таковым, что не отреагировать власти не смогут. Не знаю, что это будет, но не рядовое избиение. Возможно, я буду не один, нас будет несколько, но пока это под вопросом. В любом случае, замолчать это им будет не под силу. Не в этот раз.

— Ты не знаешь возможностей хозяев этой школы. Они смогут<i>всё!</i> Например, разрушить ваши будущие карьеры, чтобы вас не приняли ни в одно стоящее место.

— Может быть. Но лицензии им не видать.

Куратор встал и нервно прошелся по кабинету. Я его озадачил. Но он не видел в этой затее того, что видел я — успеха.

— Ты так говоришь, будто у тебя есть знакомые во всех сферах деятельности, которые отмажут от чего угодно.

У меня есть знакомые. В той или иной степени. И это не Бэль, которую тоже можно попросить, скажем, выйти на опытных журналистов, которые помогут в раскрутке сюжета о школе имени генерала Хуареса, одной из лучших, но в которой царят тюремные порядки.

— Кое кто имеется… — я коварно усмехнулся.

— Может быть, может быть… — подозрительно быстро согласился дон Алехандро. — Продолжай.

— Я собираюсь спровоцировать Толстого на массовый беспредел и опубликовать его в сетях. Но для этого нужно, чтобы всё было заснято на камеры системы безопасности. Затем будет комиссия департамента образования — они не могут пропустить мимо такое в момент, когда глава ДО говорит на всех углах о наведении порядка в частных школах и защите обладателей грантов.

— Ты<i>точно</i> уверен, что сможешь обставить дело так, чтобы они клюнули? — глаза дона Алехандро сверкнули.

— Уверен. — Я почувствовал, что в животе что-то съежилось. Я не был уверен настолько, насколько декларировал, но драться за это буду, не щадя себя. Если понадобится — продам душу дьяволу. Куратор прочел это в моих глазах и удовлетворенно кивнул.

— Хорошо. Продолжай.

— А затем мне понадобитесь вы.

— Я??? — Он даже закашлялся от удивления.

— Вы. Когда комиссия прибудет, вы сделаете всё, чтобы вывести администрацию на чистую воду за прошедшие случаи. Я имею в виду тех титуляров, которых отчислили за последний год. И тех, кто бил их, но которых не отчислили.