Оставшаяся на улице толпа из журналистов и обывателей ещё какое-то время обсуждала произошедшее, затем начала расходиться. Я развернулся, и твердым шагом направился к кабинету директора. Уверенность и наглость после случившегося били ключом.

Возле его кабинета стоял мужчина в штатском, но именно, что «в». Слишком сильно было ощущение, что ему больше подошла бы форма.

— Сеньор Шимановский? — мягким, но уверенным голосом спросил он. Таким елейным голосом можно убаюкивать детей, но такого тона будут слушаться даже матёрые уголовники. Я кивнул.

— Да, я.

— Это вам. Распишитесь. — И протянул мне пакет, точнее спайку из трёх пакетов. В первом лежал мой навигатор… Точнее не мой, принадлежащий Бэль, но забрали его у меня. Во втором — кастет, в третьем — шокер.

— Последние две вещи я не рекомендую вскрывать на территории школы, — так же елейно пропел он, но я чуть не подавился. Это был приказ-предупреждение. Человек внимательно посмотрел на меня, давая понять, что не шутит.

— Да, конечно, разумеется, — заверил его я и расписался в специальной книжечке напротив своей фамилии, в том, что вещи получил и претензий не имею.

— Всего хорошего, сеньор Шимановский. Надеюсь, мы с вами никогда не увидимся.

— Я тоже на это надеюсь, — искренне признался я и поклонился в ответ. Человек многозначительно улыбнулся, развернулся и пошел в сторону выхода.

Директора пришлось ждать ещё минут десять. Уже прозвенел звонок, мимо потянулись недовольные лица учеников — как же так, сама королева здесь была! А их загнали на пары и никого не выпускали. Конец света! Естественно, они знали, что её величество здесь: в каждой группе кто-нибудь, да сидит в сети.

К концу перемены явился и сам Витковский. Вид у него был… Скажем так, не ахти. Красный, злой, дёрганный, с бешеными глазами. Да, он всё ещё директор, её величество, как и министр образования, не могут уволить его, работника негосударственной школы, но что этого момента ждать совсем не долго — понятно и парагвайцу.

— Тебе чего надо, Шимановский? — закипел он, увидев мою персону.

— Да вот, за документами пришёл… — растерялся я.

— Какие документы? Какие к дьяволу документы?! — заорал он на весь коридор. — Марш на занятия!

— Но вы же сами меня отчислили. Вчера. — Получивший инструкции от матери совсем про другое, я растерялся.

— Я сказал марш на занятия! Я тебе отчислю в задницу! — Затем пролетел мимо и хлопнул дверью у меня под носом.

* * *

Машина остановилась. Открылся люк и в салон влезла черноволосая офицер-полковник, пропустившая час назад Хуанито на территорию школы. На сей раз одетая в парадную ангельскую форму, без брони. Одна из молчавших до этого женщин в салоне с надеждой повернулась к ней: