…В общем, мне она понравилась. И эта властность… Королева только такой и должна быть, именно так я её себе и представлял.

Сзади вошли ещё люди, среди них выделялись ещё сеньоры в белых доспехах, взявшие оранжерею в кольцо по периметру, ненавязчиво контролируя всех присутствующих. Да, совет не дёргаться — не лишний, они имеют право стрелять на поражение, если им только ПОКАЖЕТСЯ, что есть угроза объекту охраны. Стоит сейчас резко вскинуть руку — и меня нафаршируют иглами под завязку. Но предупрежден — значит, вооружён, я сидел тише воды — ниже травы.

Первоначально на меня не обратили никакого внимания — сидит себе парень, да и пусть сидит. Лишь Витковский промежду прочим бросил такой косой взгляд… На кресте бы распял, вверх ногами! Я лишь ехидно усмехнулся в ответ. Затем, осмотрев помещение, деревья, цветы и лавочки, её величество направилась прямо ко мне. Процессия сзади, естественно, следом.

Я свернул козырек и выпрямился, но с парапета не встал — ноги не слушались. Сердце учащенно забилось. Она остановилась на расстоянии вытянутой руки и принялась внимательно меня рассматривать.

Узнала! Она меня узнала! Блиииин! В животе предательски заурчало. Взгляд был такой, как будто она знает обо мне всё — так не смотрят на незнакомого человека.

Я не отвел глаза. Смотрел прямо и ждал реакции. Естественно, она меня знает! Если случилась такая шумиха, что она приехала сюда… Да все её службы весь вчерашний вечер и ночь изучали произошедшее в вестибюле в деталях, чтобы к утру предъявить самый полный отчёт! Не могла же она приехать наобум, не зная имён и виновников? А раз главный фигурант дела — я, координатор боя находился на моей голове, то мою личность установили в первую очередь. Глупо и наивно предполагать иное.

Она всё стояла и разглядывала меня, я сидел и смотрел снизу вверх. Повисла пауза, которую все присутствующие боялись нечаянно нарушить. Оцепенение, охватившее меня поначалу, прошло, волнение тоже, я смотрел без подобострастия, спокойно — не как на королеву, а как на обычную усталую женщину. Да-да, усталую — это читалось в её взгляде. Она очень устала от своей ноши и хотела бы отдохнуть, но не может — не имеет права. Власть — это не только почёт и слава, не только возможность вершить судьбы и получать от этого кайф, но ещё и ответственность. Сумасшедшая ответственность за жизни миллионов людей! Это крест, её крест, и она несет его, как бы тяжело ни было.

В уголках глаз её величества притаились морщинки, тщательно загоняемые туда визажистами, но в любой момент готовые к реваншу. Само лицо чуть бледное, тоже вышедшее из-под рук мастера-гримера. И я вдруг понял: как бы она ни держалась, ни храбрилась, как бы ни показывала, что молодая и энергичная, внутри её величество — обычная женщина со своими недостатками, которой хочется самых обычных жизненных радостей.