— Да они даже личности не установили! Ни одного, ни других! Даже на тупую пассивную камеру ничего не засняли! Позволили какому-то хмырю лапать мою дочь! Довели дело до того, что пришлось использовать крайние средства!

Женщина обречённо закатила глаза.

— Крайние? Ты не видел крайних средств, Сережа. — Затем продолжила уже тише — выдохлась. — Расслабился ты, привык к своим ангелочкам. А жизнь такая штука, что не всегда идёт по уставу корпуса.

Что ты хотел от спецназа ДБ? Чтобы они охраняли твою дочь? Они охраняли. Она в целости и сохранности? Да. Какие проблемы?

— Они…

— Они и не должны это делать! — отрезала она, вновь перейдя на крик. — Перед ними стояла чёткая задача, которую, кстати, поставил им ты сам — охранять. Они её выполнили, от и до. Все эти слежки, камеры, базы данных — это НЕ ИХ работа, мать твою!

Она устало махнула рукой и без сил опустилась в кресло напротив хозяина кабинета. Начала спокойно, с новыми аргументами:

— Для чего они вообще существуют, в чём заключается работа их службы, Серхио? Подстраховывать тех, кто находится под прикрытием. Вмешиваться лишь в тот момент, когда ситуация приобретает крайние формы, когда под угрозой агенты внедрения. Только тогда и ни секундой раньше — их так учили, они так привыкли. И им похрену, мать твою, что кто-то там лапал принцессу крови! — снова перешла она на крик. — Похрену, понимаешь? Она дала им установку: работаю инкогнито, под личиной юной аристократки, не вмешивайтесь, что бы ни случилось. Вот они и играли по правилам! ПО ЕЁ ПРАВИЛАМ, Сережа, в невесомости тебя в созвездии рака пятнадцать раз! А что не следили, кто там есть кто? Повторюсь, это не их работа. И ты знал об этом, когда просил о помощи.

Мужчина вздохнул и виновато опустил голову, решив не спорить. Но женщина не унималась.

— Это ангелочки у нас тренированные, на все руки мастера, электроникой обвешаны — мама не горюй. У других, Серёжа, такого нет. Потому работаем, как можем и ровно настолько, насколько требуется.

— Она с ними шёлковая ходила, — выдавил мужчина, чтобы не молчать. — С ангелочками такого не было, ни с одной группой. Никто у неё авторитета не вызывал, одна неприязнь. А тут… Боялась их что ли? Или уважала?

— Это твои проблемы, Серёжа, — подвела итог беседы женщина. — Ищи к ней подходы, находи решения. Раз кто-то смог её на место поставить — значит, и другие смогут. У тебя больше десятка групп здоровенных кобылиц на отвязе — давай, работай, раз взялся. Может Мишель что присоветует — знаешь, с какой иронией она за твоим экспериментом следит? Нечего ей там филонить, подключай. А я больше людей не дам.