Зиргрин появился на своей воображаемой полянке, которая, как оказалось, не такая уж и воображаемая. Он сел на деревянную лавку и задумчиво постучал пальцами по грубо сколоченному столику. Было непонятно, почему Тварь Хаоса появилась на его земле, но он не верил в совпадения. Это как-то должно быть связано с ним, ведь сам он связан с повелителем Хаоса, Урташем. И очень тесно связан. Урташ фактически признал Зиргрина членом своей семьи. Это большая честь, но, как оказалось, имеется и обратная сторона. Мог ли запечатанный в меч молодой бог этого мира стать маяком для существ из самой агрессивной среды, какая может только существовать? Если так, то это становится проблемой. Особенно если учесть его бессильное существование.

«Я помогу тебе всем, чем смогу, учитель» — отправил ментальное послание Наиль.

«Не думаю, что сможешь здесь хоть чем-то помочь», — тихо отозвался Зиргрин, взглянув в сторону темной пелены, которой оканчивалась его полянка.

Там, за абсолютной чернотой, был мир, о котором не знал даже Наиль. Мир, ставший продолжением воли Восточного материка. Когда же придет перерождение? Он потерял слишком много времени, он уже в виде меча прожил гораздо дольше двух его предыдущих жизней. Это вгоняло в тоску. Еще хуже было осознавать, что он совершенно не скучает по прежней жизни, по своей семье и всем, кто его там ждет. Больше того, если бы ему сейчас предложили выбор между рукой Наиля и возвращением к семье — он выбрал бы Наиля. И только безграничное чувство долга перед Урташем и Восточным континентом давало ему уверенность в том, что он вновь не откажется от перерождения.

Наиль ощущал все терзания своего меча, но ничем не мог ему помочь. Здесь никто не мог ничем помочь.

Он вел девушек по направлению к ближайшему лесу, сожалея, что все же не позаботился о лошадях. Спустя два с половиной часа Оскверненный догнал их. Все же эти существа передвигались очень быстро. Наиль поспевал за их движениями только благодаря многолетним тренировкам и изменившей его тело алхимии.

Понимая, что нового боя не избежать, парень быстро убил преследователя, дождался появления нового десятка, после чего вновь оставил одного, предварительно искалечив и напоив зельем, замедляющим регенерацию. Это зелье использовалось для того, чтобы не дать зарасти ранам, внутри которых остались какие-либо осколки или, к примеру, наконечники стрел. Сейчас Наиль использовал это средство, чтобы замедлить регенерацию Оскверненного. Это должно было дать ему немного больше времени. Сражаться весь путь каждые два часа было бы слишком изматывающим.