Мы прошли через зал, не останавливаясь, и Горелов провёл нас в соседнее помещение, поменьше, но обставленное не менее роскошно. Кабинет, судя по всему. Огромный письменный стол, кожаные кресла, книжные шкафы вдоль стен. За столом сидел человек.

Генерал-лейтенант Шубин оказался плотным мужчиной с лысиной и седыми волосами по бокам. Лицо рыхлое, одутловатое, с мешками под глазами. Взгляд тяжёлый, оценивающий. Такой взгляд бывает у людей, привыкших к власти и не привыкших к возражениям. Одет в военный китель, но без галстука, верхняя пуговица расстёгнута. Перед ним на столе карта бункера, испещрённая пометками, и наполовину пустой стакан с чем-то янтарным.

«Виски, не иначе, — подумал я. — Федорчуковские запасы».

Когда мы вошли, Шубин поднял голову. Его взгляд скользнул по Жиле, по мне, по остальным. Оценил. Потом обратился к Горелову:

— Максим. Доложи.

Горелов, а теперь я знал его имя, коротко изложил ситуацию. Кто мы, откуда, как здесь оказались. Шубин слушал, не перебивая. Потом поднялся. Он оказался невысоким, но плотным, с тяжёлой походкой. Генерал подошёл к Жиле. Протянул руку.

— Генерал-лейтенант Шубин. Рад нашей встречи. Вы вовремя, мы как раз заканчиваем зачистку.

Жила коротко бросил взгляд на протянутую руку. Потом перевёл взгляд на лицо генерала. Руку не пожал. Просто сделал вид, что не заметил. Просто чуть сместился, поправляя ремень автомата. Жест получился настолько естественным, что Шубин на секунду замер, не понимая, как реагировать. Потом медленно опустил руку и отступил.

Я спрятал усмешку. Лёха умел показывать отношение без слов. Он не жал руки человеку, который пил виски, пока наверху умирали люди. Который устраивал оргии с Козыревым, пока мы вытаскивали гражданских из-под земли. Который воевал за власть в бункере, пока города превращались в пепел. Нет, Жила не стал ничего говорить. Просто не пожал руку. И этого хватило.

— Расскажите подробнее, — произнёс Шубин, делая вид, что ничего не произошло. — Кто вы, откуда, кто вас послал?

Жила ответил. Ещё короче, чем в первый раз. Представляем майора Богданова. Штаб на поверхности. Поисковая группа. Пришли искать гражданских. Нашли вот это всё безобразие. Конкретное расположение штаба он не назвал, и я понимал почему. Доверять Шубину после всего увиденного не хотелось.

Генерал выслушал. Потом спросил:

— И как там, наверху?

Жила посмотрел на него долгим взглядом.

— А вы как думаете?

Шубин отвёл глаза. Не нашёлся что ответить. Может, впервые за долгое время ему стало стыдно. А может, просто не хотел слышать правду.