* * *
Соглашение между Орденом и родителями либо опекунами юного посвященного было чем-то средним между выкупом и ученичеством; Гетаф, явно знавший толк в обоих видах контрактов, за пару дней уладил детали с домом Ордена Бастарда. Изучив вопрос, глава Ордена закрыл глаза на возрастные требования, что не было редкостью и едва ли требовало вмешательства Пена. По достижении совершеннолетия такие дети получали выбор: они могли закрепить клятвы и стать полноценными членами Ордена или покинуть его ради мирской жизни. Пен понятия не имел, что в конечном итоге выберут Ленчия и Сьюка, и решил, что не нужно загадывать на столько лет вперед.
Хорошо, сказала Дез.Ты и так заранее волнуешься о таком количестве вещей, что тебе скоро понадобится бухгалтерия для ведения счетов.
Пен, Никис и Гетаф вместе проводили сестер в их новый дом. Девочки привязались к Никис – а кто бы не привязался, – и она отвечала им взаимностью. Все вместе они перенесли немногочисленные пожитки сестер с заднего двора в узкую комнату, где имелось застекленное окно, выходившее на город и долину, что извивалась среди раскинувшихся за ним холмов. Также в комнате был платяной шкаф, два сундука, умывальник со всеми атрибутами, заманчивая книжная полка – Пен одобрил – и две кровати, по одной с каждой стороны. Сьюка сразу плюхнулась на свою и оценивающе подпрыгнула. Ленчия огляделась с любопытством и трепетом, но Пен понадеялся, что первое было сильнее.
Затем пришло время попрощаться с Гетафом. Тот явно разрывался между тревогой о Ленчии и Сьюке и опасениями насчет того, что могло происходить с плодами его годовых трудов, томившимися на лодийском складе. И Пен напомнил себе, что дочери Джедулы Корва были не единственными детьми Гетафа, которых тот доверил надеждам и заботе других людей, пока сам путешествовал, хотя торговец тактично не распространялся о своей семье в Загозуре.
Дорога от дома Ордена до гавани Вилнока была короткой. Небеса приобрели летний темно-синий оттенок, на фоне которого ослепительно-белыми вспышками мелькали чайки. Были объятия, были слезы, были, вероятно, тщетные предупреждения об опасностях жизни в Вилноке и на борту корабля. Затем торговец вложил монету в руку гребца и на лодке отправился к ждавшему его судну. Гетаф вскарабкался по сетке и в последний раз помахал, прежде чем команда заставила его отойти с дороги и не мешать.
– С ним все будет в порядке? – с тревогой спросила Сьюка. Теперь она слишком хорошо понимала не только опасности мира, но и хрупкость взрослых.
– Сезон бурь в этих водах закончился, – ответил Пенрик. – И я не думаю, что пираты в ближайшем будущем станут нападать на корабли под флагами Орбаса. Он в такой же безопасности, как и любой из нас, живущих в этом мире.