Лысая малиновка — как я мысленно тут же окрестил его — начал говорить бодро и очень зловещим тоном:

— Зима неблизко! — явно намеренно переиначил он знаменитую фразу из популярнейшей книжной серии и тут же добавил: — И это прямо вот хреново, ребятушки! Так хреново, что от горя аж жопу сводит! Но, с другой стороны, и чуток радостно — значит, у нас есть время к ней подготовиться. И вот что я всем нам пожелаю: дожить бы до этой самой зимы, а там легче станет! Обязательно станет! И если кто верует в Бога, то прямо сейчас начинайте усердно молиться о том, чтобы зима началась рано и была максимально суровой. Вот бы нам всем такую зиму, чтобы от морозов аж земля звенела!

Почему я себе и вам такого зла желаю? Да наоборот, ребятушки! Наоборот! Сами подумайте! Ведь при серьезных морозах все эти оборотни в людском обличье либо сдохнут от холода, либо мигрируют в места южнее и теплее — если у них на это инстинктов хватит. Про мозги не говорю — они в черепах если и остались, то разумного там мало. Звери как есть. Вот только наше местное зверье зимовать умеет и всем нужным для этого оснащено: норы, берлоги, слой жира, густой мех и все такое. Ну или долгий перелет на юг, если по характеру ты птичка, а не медведь. Хотя это я уже опять про людишек…

Чуть картинно и насторожено оглядевшись, он поправил кобуру, прислонился плечом к бетонной стене и продолжил:

— Вернемся к главной теме, ребятушки — зима неблизко! На дворе еще май, впереди лето с осенью, и только в декабре можно надеяться на первые серьезные похолодания — да и то не везде. Но как только начнутся устойчивые серьезные минуса — можно ожидать массового падежа этих тварей. Если не сдохнут, то хотя бы замедлятся — потому что они живые! Повторюсь: они живые! Не зомби это! А значит, без теплой одежды зимой им ой как хреново придется! Не обрастут же они шерстью к зиме, верно? Хотя без эпиляции тех самых мест многие частично уже ничем не хуже обезьян, хо-хо-хо! И какой отсюда вывод? А он прост: главное — продержаться до заморозков, а там мы им покажем! Ой, покажем! Они замедлятся, а мы — наоборот — наберемся справедливой злости, оденемся потеплее, выйдем и как…

Я дослушивать не стал, вырубив и этот ролик. Проверив интернет, включил видео про то, как правильно копать в стесненных условиях, приоткрыл люк, убрал все лишнее наверх, зажег фонарик и опять начал копать, углубляя одну сторону ямы. Руки болели, но работали. Голова старалась не отстать — не по боли, а по работе — прокручивая в мыслях сегодняшние дела.

Встал я сегодня рано, как и планировал, и еще до девяти утра сделал несколько ходок на участок Терентия, перевезя оттуда немало ему уже ненужных стройматериалов. Все вытащил, разложил вокруг дома так, чтобы с трех сторон под мою постройку подлезть было больше нельзя.