Ступней их я не видел и… И пусть это будут зашедшие поискать владельца соседи в шлепках и коротких шортах! Я даже представил их себе: муж и жена, еще молодые, интеллигентные, он в очках, она в смешной синей панаме с ушками, принесли пачку печенья в качестве угощения…

А потом я вспомнил, что мои ворота надежно заперты, со всех сторон забор, и нормальные люди не стали бы перелезать через преграду. Да и уже давно подали бы голос, чтобы не пугать хозяев и дать знать о своем присутствии.

Не люди это. Я понял и принял это. Не люди пожаловали ко мне, а твари.

Выплюнув сигарету, медленно, очень медленно я убрал горящий фонарь в яму, воткнул линзой в землю и только затем выключил. Приподнявшись, я сунул руку в щель приоткрытого люка, нащупал сначала строительный пояс, затем рукоять заряженного пистолета, вытащил его и снова беззвучно опустился в яму, молясь, чтобы витающая здесь пыль не заставила меня чихнуть.

С пистолетом в руке я почувствовал себя уже не столь беззащитным, хотя приливы паники так и накатывали. Чтобы удерживать себя под домом, мне приходилось тратить все запасы имеющейся силы воли. А страх орал в уши, стучал пульсирующей кровью в виски и требовал убраться в дом, закрыть люк, завалить его ящиками и просто подождать, пока твари свалят прочь. Да… вполне разумно. Есть камеры, можно наблюдать — и раньше это надо было делать, дебил, а не ролик смотреть! Да… разумно.

Вот только ноги прямо ватные, а руки ощутимо дрожат. Я снова живо вспомнил страшные ощущения от тяжести упавшей на меня твари, звук лязгнувших у лица оскаленных зубов, теплоту побежавшей по ногам мочи… И… не знаю почему, но именно это воспоминание меня резко успокоило. Бояться я не перестал, но в тело вернулась сила, и я чуть сдвинулся, сел на колени и, едва приподняв голову над краем ямы, продолжил наблюдать за двумя парами чужих голых ног, уже сместившихся к моему допотопному курятнику…

Мне по-прежнему хотелось спрятаться в доме. Это желание только усилилось. Но теперь я мог с ним бороться, а вместе с контролем ко мне вернулось здравомыслие. Едва шевеля губами, я старательно проговаривал беззвучные слова, пытаясь мобилизовать всю отвагу, что у меня имелась.

Сиди тихо, Тихон. Просто сиди тихо. Не беги. Наблюдай.

Приучай себя к такому. Будь готов отступить, но только по необходимости.

Сиди тихо, Тихон. Просто сиди тихо. Наблюдай.

И стоило мне несколько раз повторить про себя эти фразы, в голову пришла удивительная, еще сильнее пугающая, но одновременно ставящая все с ног на голову мысль: я не прячусь, я в засаде. Я тигр, а не олень.