Не выдержав, я прервал этот бред решительным «Стоп!» и, выдержав паузу, добавил:

— Это все полная хрень, Лесь!

— В смысле⁈ Вполне разумный осторожный план!

— Веревка тебе зачем?

— Чтобы всегда знать направление для бегства.

— Беги вверх — вот тебе и направление, — парировал я. — Если за тобой побежит тварь… во-первых, ты от нее не убежишь, а во-вторых, как раз из-за веревки она тебя и догонит, потому что на бегу ты ничего не развяжешь. И никаких баррикад — по той же причине. Тварь столы перепрыгнет, а ты на них налетишь и упадешь. И никаких слоев из одежды — ты не сможешь быстро двигаться, вспотеешь и перегреешься. Короче, каждый пункт — полная хрень.

— А ты знаешь план получше?

— Знаю, — уверенно произнес я. — Слушай сюда: даешь мне доступ к вашим подъездным камерам; втыкаешь в одно ухо наушник телефона, чтобы оставаться со мной на связи; открываешь нараспашку дверь своей квартиры; быстрым шагом спускаешься до выхода, где ждешь от меня указаний, и наконец берешь мертвое тело за руки или ноги и оттаскиваешь его от подъезда к подходящему месту — его мы выберем с помощью смотрящих на парковку камер прямо сейчас.

— Стой! Как это — «к подходящему месту»? Зачем⁈ Там всего-то ее сдвинуть на полметра…

— Если труп останется у подъезда — курьеры не начнут доставлять припасы, — пояснил я. — Труп у двери — как красный знак «Стоп», Лесь. Поэтому тебе придется оттащить тело подальше и чем-нибудь прикрыть.

— Да ты с ума сошел! Мне придется быть снаружи слишком долго!

«Быть снаружи». Вот так и рождаются фобии у людей, да?

— Ты можешь сделать все быстро, — возразил я. — Главное — не делать ненужных пауз. А я все время буду рядом.

— Дистанционно рядом?

— Дистанционно рядом, — согласил я, повторяя парадоксальные слова. — Как и все нынешние мужики. Через камеры я буду следить за происходящим, а чуть что — дам тебе знать, и ты рванешь обратно.

— Бежать до квартиры с тварью за спиной?

— Успокойся, Лесь. Подумай. Не надо будет бежать до самой квартиры — достаточно забежать в подъезд и захлопнуть дверь. А потом быстро подняться в квартиру.

После короткой паузы она согласилась:

— Тут ты прав. Знаешь, я подумаю еще чуток и…

— Нет. Делаем сейчас.

— Это еще почему?

— Потому что тело там, внизу, потихоньку разлагается, — вздохнул я и специально постарался сгустить мрачных красок и нагнать жути: — Там ведь жара майская. Мухи всякие. Отложишь задачу еще на несколько дней, то когда возьмешь тело за руки и дернешь — они оторвутся и останутся у тебя.

— Фу! Господи! Зачем ты мне такое говоришь…

— Делаем сейчас, Леся, — повторил я максимально серьезно. — И делаем без усложнений.