Я направлял свой поисковый жгут всё выше и выше, в конце концов шаря уже у себя над головой. И вдруг зацепил краешек живой плоти, словно мазнул по чему-то яркому и полному энергии. Но проверить, не показалось ли мне это, я не смог. Повторная попытка никакого результата не дала.

— Эй, стрелки, — я негромко обратился к десятку лучников, оставшемуся с нами. — Поджигай стрелы, нужно кое-что проверить.

— Но господин Циммер не велел разводить огонь без его приказа…

— Циммера здесь нет, но есть другой господин, рангом ему не уступающий, — я кивнул на будто бы спящего Кромвеля, который тем не менее прямо с закрытыми глазами важно кивнул. — И он тут сейчас за главного, разве не слышали?

— Но…

— Поджигай, я сказал, — злобно прошипел я, добавляя «страха». — Иначе все головы лишимся.

Вскоре чиркнуло кресало, и промасленная тряпка вспыхнула, давая неровное и неяркое пламя. Несколько стрелков сунули к огню свои специальные стрелы, чтобы подпалить наконечники. И направили их вниз по почти отвесной скале.

— Нет, цельтесь вверх, — поправил их я.

— Что?

— Не спорьте, а просто делайте как я говорю. Вверх по скале. И быстрее, мы теряем время!

Наконец-то я дождался залпа, ненадолго подсветившего каменный откос, после чего заорал во всё горло:

— Они здесь! К оружию!

Не успели лучники наложить на тетиву новый стрелы, а двое за стреломётом поменять направление прицела своего грозного орудия, как послышался шум травления верёвок, и вот уже первые фигуры неприятеля приземляются прямо перед нами, молчаливо и без промедления вступая в бой.

— Бей в колокол! — приказал я одному из стрелков, толкая его прочь от завязавшейся потасовки. — Быстрее!

Сражение развивалось стремительно. Здоровенные воины уже расшвыряли наш авангард дозорных, при чём некоторых в прямом смысле отправив в полёт на острые камни под стеной, и теперь настала наша очередь встречать гостей. Зайцы уже ощетинились привычным и отработанным строем в два ряда, но после первого же натиска стало ясно, дело дрянь. Мы еле-еле сдерживали атаки всего-то десятка лазутчиков. Почему медлит Кромвель⁈

— Готовсь!

Это десятник лучников приготовился к залпу, вот только наконечники стрел сейчас смотрели в спинымоим парням, так как те преграждали их путь до врагов. Если мы начнём проигрывать, то стрелки дадут залп, спасая свои жизни и защищая стену. А то, что скорее всего заденут кого-то из наёмников… что ж, такое случается сплошь и рядом. Ради победы всегда приходится чем-то или кем-то жертвовать. Херово, когда этой жертвой оказываешься ты сам.

Я вклинился в бой, разметав две закутанные в чёрное фигуры «тараном» и подставив «баклер» под выпад третьего верзилы. Размерами они, кстати, не уступали Горунару, потому-то от их ударов странными боевыми тесаками трещали и разваливались даже новые щиты. Что? Да это же мо́роки!