— К бою!

Стас отреагировал моментально. Решив пустить в ход мощное плетение.

Выставив перед собой правую руку, он принялся что-то вычерчивать в воздухе. Для кого-то другого его движения были быстрыми, но не для меня.

Я видел это сотни раз. Стас, очевидно, выбрал самый простой вариант для начала поединка — щит. Круги, полукруги, прямые линии — все это для меня было словно нарисованным светящейся краской. Концентрация, читаемая на его лице, выдавала новичка. Опытный маг плел бы такое на автомате, попутно разговаривая и атакуя.

Закончив вычерчивать последний элемент, Стас замер, ожидая моего удара. Перед ним возникла едва заметная мерцающая полупрозрачная стена. Щит выглядел хрупким, словно сотканным из тончайшего стекла. В целом, он был не так уж и плох. Но только не против Пепельного Лорда.

Следом, он собрал в руках шарик концентрированной энергии, размером с грецкий орех. Медленно подняв руку, прицелившись, швырнул его в меня.

Я скрестив руки на груди, откровенно зевнул. Его атака не достигла моего тела. Пока он «старался», концентрируя энергию, я мысленно рисовал собственные узоры. Как итог — его атака растворилась, не вынудив меня даже поморщиться.

С нашего первого поединка, он не стал сильнее. Тогда как я успел прибавить в «весе» — в моём теле бурлила сила. Разумеется, не сравнимая с величественной мощью Пепельного Лорда прошлого мира. Но даже в таком состояние, этот юноша мне не ровня.

После следующей, бесполезной атаки Станислава, я сделал шаг вперед. Опустил руки и начал рисовать кое-что интересное. Но не стал бить сразу. Присмотревшись к его душе, добродушно улыбнулся.

— Скот, — прокричал тот. — Ты почему лыбишься?

Эх, человечек, знал бы ты, насколько слаба твоя душа и тело. Три его следующих атаки я просто увёл в сторону. Сделал это эпично, отмахиваясь от ударов, как от назойливых мух. Всё это время, медленно двигаясь в его сторону.

Параллельно я начал «разогревать» душу Стаса. Сейчас он полностью открылся мне.

«Подогрев» представлял собой изменения его эмоций. Я начал сталкивать в душе щенка как положительные моменты его жизни, так и отрицательные. В результате это вызвало полноценный хаос внутри.

Он стал куда чаще ошибаться создавая плетения. Его внимание рассеялось настолько, так что я мог и не защищаться.

Я был уже совсем рядом, когда очередная попытка Стаса изобразить печать, полностью провалилась. Плетение даже не проявило себя — столько было допущено ошибок. А вот в глазах противника запылал самая настоящая паника.

Вместо того чтобы предпринять еще одну попытку, он призвал артефакторный — меч. Сделал пару шагов назад, пытаясь получить нужную для передышки дистанцию и время для подготовки. А затем удивил менял.