Уцелевшую СУ-76 в ходе дальнейшего боя спалить так и не удалось, пусть даже из подствольника в рубку кто-то из морских пехотинцев ей все же угодил. Это оказалось достаточно убедительным, чтобы та, продолжая бесприцельно стрелять, откатилась назад к пулемётчикам, уже не видя того, что Крастер тоже оттянул морских пехотинцев вглубь рощи.

Пехота северокорейцев в лесу после прекращения перестрелки никакой активности не проявляла, так что можно было подвести итоги отбитой атаки.

У Крастера в этой короткой стычке выбыло сразу семь человек, четверо из них убитыми. Если точнее, сразу были убиты только трое, четвертый — взводный сержант Юджин «Скала» О’Нил в лучший из миров только отходил, но сидевший рядом с ним измазанный кровью Соренсен уже беспомощно разводил руками. Близкий взрыв трёхдюймового снаряда слишком сильно искромсал ганни осколками. Комендор-сержант не умер на месте только из-за своего MTV.

Увидев командира взвода, умирающий взводный сержант из последних сил махнул тому рукой. Крастер подошел к умирающему. О’Нил уходил с достоинством:

— Извини, лейтенант. Я промахнулся, — сержант попытался усмехнуться, — а он в меня нет.

Комендор-сержант попал под снаряд, пытаясь подорвать последнюю уцелевшую самоходку, но граната, к большому для всех сожалению, прошла мимо. Дистанция была великовата даже для отличных стрелков.

Крастер сел рядом с ганни и молча сжал кисть умирающему. Это было все, что он мог для него сделать. Угасающий на глазах комендор-сержант продолжил своё последнее наставление:

— Трофейный «девятьсот одиннадцатый» себе заберите, сэр, если он уцелел. Мне вот не понадобился, а вам, глядишь, всё-таки пригодится…

Крастер кивнул. О’Нил тоже кивнул лейтенанту в ответ:

— Никогда не являйтесь на перестрелку без оружия, чей калибр не начинается с четвёрки… — и, не успев закончить фразу, обмяк.

Ответ, скорее мысль вслух, прозвучал уже в пустоту:

— Не думаю, что он мне поможет. Теми силами, что остались, скоординированную атаку остановить непросто…

Однако бросить обильно политый кровью перевал Крастер права уже не имел. Кавалерия вполне могла выскочить из-за холмов в любую минуту. Да и потери красные понесли немалые. Шанс у него был высок, как никогда раньше.

Оставленный снайпером-наблюдателем со стороны фронта ланс-капрал Ривера истошно завопил ровно через полчаса после смерти комендор-сержанта:

— Красные отходят!

* * *

Второй лейтенант КМП Джордж Армстронг Крастер сидел на пустом контейнере от гранатометных выстрелов возле «Супер Стеллиена» и наблюдал, как к вертолету подгоняют винтажно выглядящий танковый транспортер М19.