Хенрик развернулся и начал осматривать помещение. На первый взгляд всё лежало аккуратно. Никаких следов грабежа. Неторопливые шаги начали подниматься по ступенькам.

«Убийца!»

Хенрик спрятался в кладовую и задвинул занавеску. Он оставил маленькую щёлку для наблюдения и замер. Сбивчивые шаги приближались и наконец достигли порога.

— Здорово, Зи! — произнёс грузный мужик, появившийся в проходе. — У тебя… А! Здорово Жихизмунд… Тьфу ты. Выговаривал бы всё своему папаше… За такое имя… — почти про себя пробормотал мужик, съев половину слов. Или не вспомнив.

«Не убийца…»

— Я по делу пришёл. Склянка с чернилами нужна… Даже не спрашивай, для чего. У грымзы моей спрашивай… — мужик переступил порог и дошёл до центра мастерской. — Фу… Ну и запах. Ты бы хоть в баню ходил иногда. Че молчишь? Ладно, чёрт с тобой. Сам возьму…

Мужик кинул пару медяков на стол и принялся копаться на стеллаже.

— Сколько у тебя тут разного барахла… Вроде такой умный… Учёный… А столько грязи… Учёный, учёный — хрен печёный… — мужик разразился таким громким смехом, что, если бы Зи был жив, у него непременно полопались бы ушные перепонки от стыда за такую тупую шутку.

— О! Нашёл… Весело тут у тебя. Посидел бы с тобой, но мне надо идти… В трактир хочу успеть зайти… — мужик с маленькой склянкой направился к выходу.

— Давай! Пока… И сходи помойся… Учёный, учёный… Вот это я выдал… — попрощался мужчина, восхищаясь своим остроумием. Вскоре шаги стихли.

Хенрик одёрнул занавеску и вышел в основное помещение. В голове крутился вопрос: как можно не заметить, что человек мёртв? Или всё-таки не мёртв? Хенрик снова подошёл к Зи. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Запах усилился, но несведущий легко мог спутать его с чем-то другим.

«Он мёртв окончательно и довольно давно… Неужели эта корка мешает более активному разложению?»

Со стороны ступенек снова послышались шаги — лёгкие. В этот раз Хенрик решил не прятаться: голос разума заглушило любопытство. Он отошёл в угол, откуда его было видно, но не сразу. Шаги почти достигли мастерской… и споткнулись на самом верху. Спустя минуту в помещение зашёл ребёнок со свертком.

— Зииии… тут… это. Мама просила передать… — девочка смело дошла до стола и положила свёрток. — Вот ещё…

Она достала из кармана кафтана сложенную бумагу и положила рядом.

— Опять плохой день… ну ладно… я посла… спасибо! — девочка взяла медяки, развернулась и пошла к выходу. Она не сразу заметила Хенрика.

— Здравствуйте, дядя! До свидания, дядя!

— Стой, подожди…

— Сто?

Хенрик понимал: если девочка поднимет крик и позовёт стражу, у него будут проблемы. Но он был твёрд в своём желании докопаться до истинной природы этого явления.