— Ты не понимаешь, мальчик, — снисходительно улыбнулся Локьё. — Мы не могли сказать о Земле правду. Земля — источник всех бед. Все самые нелепые эксперименты, бредовые теории, войны, скверна, наконец…
— Нет, — твёрдо сказал Дерен. — Только ложь. Если бы мы знали сейчас, с кем воевали в хаттскую — Северу не удалось бы нас обмануть. А ведь он — почти преуспел. Как ты догадался, кто крейсера Северян планировали выйти у Дайяра?
— Меня предупредил Имэ, — Локьё и не собирался это скрывать. — Как истник, он всё ещё многим может дать форы. А ты как догадался, что Долгин задумал не смерть, а побег?
— Сначала рискнул поверить себе, — отозвался Дерен задумчиво. — Не интуиции, которая вопила, что надо бежать, а разуму. А теперь… — он закрыл глаза, открыл и продолжил: — Я просто знаю.
— Ты стал понимать её лучше? — Локьё легко догадался, о чём говорил наследник. — Стал ближе своему Дому?
Эрцог имел ввиду дом Аметиста, где всё ещё были непонятки с наследником, и где Дерена встретили бы с распростёртыми объятьями.
Но тот сделал вид, что не понял намёка.
— Я? — переспросил он и посмотрел эрцогу в глаза.
И Локьё, наконец, понял, что изменилось в его лице!
Цвет глаз наследника, и без того часто меняющийся от серого к карему, стал теперь совершенно неразличимым. Как огонь, как пляска во тьме он изменялся от цвета к цвету, не останавливаясь ни на одном!
Глаза Вальтера, его радужка и зрачок — терялись в сиянии и во мраке. Они то излучали, то поглощали весь спектр!
Локьё открыл рот и закрыл его. Случилось то, чего не было уже два тысячелетия. Перед эрцогом Дома Сапфира сидел Изначальный. Тот, чьи цвета были проявлены, но неопределённы.
Такими были первые эрцоги, погрузившиеся чувствами в удивительный мир Юга. Изменившиеся, но ещё не выбравшие свой путь.
Локьё с сожалением вздохнул, понимая, что говорить сейчас о чём-то бессмысленно. Что Вальтер должен сначала понять, как он изменился, выбрать свой цвет. Ведь сейчас ему открыты все Дома Содружества, даже те, что не уцелели или не были ещё основаны.
— Что ты планируешь делать? — спросил он осторожно.
— Вернуться в систему Кога, — дёрнул плечом Вальтер. — Мы закончим эту войну. Доведём правду о ней хотя бы до Юга.
— А потом?
— Потом? — Дерен склонил голову к плечу и вдруг улыбнулся. — Потом я женюсь.
Глава 63 «Персефона». Капитуляция
С прибытием четырёх боевых сдвоенных «шаров» Гамбарской группы хаттов, ситуация в районе Меркурия вроде бы пришла к паритету.
С одной стороны — пять тяжёлых североимперских крейсеров (правда, один был повреждён и служил уже больше балластом, чем ударной силой), с другой — «Персефона», пять боевых хаттских судов и одно разведывательное, плюс два эспилера Содружества, готовых отрезать врагам путь к отступлению.