— Здравствуйте, ваше благородие, — подобострастно протянул вошедший басом.

— Здравствуй. Представься.

— Тимофей Кузин, ваше благородие.

— Меня зовут Алексей Дубровский. Столбовой дворянин. Я набираю на службу стражников. Ника Ивановна рассказала об этом?

— Говорила, ага.

— Садись, расскажи о себе. Откуда ты, где работал?

— Я с детства живу на Прудовой улице, ваше благородие, — парень тяжело опустился на стул, который скрипнул под его весом. — С детства у меня силу нашли, но в приют не отдали. Я в гимназии учился, потом работал грузчиком, потом склад сторожил.

— Что умеешь? Какими эфирными техниками владеешь?

— Умею человека голыми руками приткнуть. Могу голову сломать или в душу дать. Всё умею, что надо, — рыжий аж приосанился. Чувствовалось, гордится своими навыками. — А ещё меня пули не берут, ваше благородие. Однажды из шпалера вот прям сюды засадили, — Тимофей ткнул себя в грудь. — И ничо. Даже не ранило.

— А сам стрелять умеешь?

— Умею! Шаплер есть собственный. Только руками всё-таки надёжнее.

— На войне не был?

— Нет, ваше благородие. Не взяли.

— Да ладно. Прятался, поди?

— Да, ваше благородие, прятался. Нельзя нам показываться властям, иначе и на дачу царёву можно поехать, а то за буграми сгореть.

— Чего? Говори нормально.

— Извиняйте, ваше благородие, это я так… говорю, можно на каторгу попасть.

— Это точно. Только грузчиком и сторожем работал? И всё? Мне кажется, врёшь. Наверное, и воровством промышлял, а?

— Вот крест, правда! — размашисто закрестился Тимофей. — Я уже два года как склад сторожу с вином. Воровством никогда не промышлял. Но драться случалось, чего греха таить? С Дорогомиловскими не раз бились. А воровством — не было такого.

— Почему решил ко мне пойти?

— Ника Ивановна обещала, что сто рублей платить будете, я и пошёл. Я ж много умею. Вам такие нужны, я слышал.

— Это ещё заслужить надо. Во-первых, тебя придётся многому научить. На время обучения — пятьдесят рублей, не больше. А потом — посмотрим.

— И то хорошо! А дворянство мне дадут?

Я чуть не прыснул со смеху, еле сдержался. Этому чучелу дворянство сразу подавай!

— Ходатайствовать о получении дворянства можно лишь по истечении пятнадцати лет верной службы, — проговорил я, стараясь быть максимально серьёзным.

— Так я буду верно служить!

— Посмотрим. Телефон у тебя есть?

— Никак нет, ваше благородие. Отродясь не было.

— А как связаться с тобой?

— Так вы телеграмму напишите или письмо.

— Понятно, — вздохнул я. — Ладно, диктуй свои имя, фамилию, отчество и на какой адрес телеграмму слать. Если решу тебя взять на службу, оповещу.