— Как в плену? Что вы такое говорите, Семён Михайлович? Со спиртным вчера, поди, перебрали?
— Если бы перебрал, Святослав Николаевич, если бы… В плен его взяли. А остальных дружинников порешили. Вчера ночью это случилось, когда они в ресторане праздновали. Всех убили кроме Игоря. За него теперь выкуп требуют.
— Ничего не понимаю. Кто? Как?
— Мне известно только одно: возглавлял нападавших Алексей Дубровский. У него в плену Игорь и находится. Подробности, увы, мне не сообщили. Ну и завод ваш ярославский теперь… захвачен.
Дубровский? — с тихой яростью прошипел Святослав. — Алексей Дубровский? Этот щенок? Да как… Да как он посмел? Он один это сделал?
— Думаю, ему помог кто-то из местных. На ресторан напали несколько одарённых. Силы оказались неравны. Естественно, Алексей Дубровский не мог устроить это в одиночку.
Этот шкет доставлял всё больше проблем. Два раза его пытались устранить — два раза потерпели неудачу. Святослав находился в полнейшем недоумении. Неужели всю дружину посылать, чтобы задавить эту гадину? Кажется, придётся. Обнаглевшего юнца следовало уничтожить во что бы то ни стало. Одна проблема — родственник в заложниках.
— Так. Слушай меня внимательно, — Святослав постарался не поддаться нахлынувшему бешенству. — Сейчас же приезжай ко мне в Останкино и Саморядова с собой прихвати. Он же в Москве околачивается? Вот. Будем совещаться.
Глава 5
Тропинка к нашему семейному кладбищу была расчищена. Мы с Тамарой прошли вдоль замёрзшего пруда и оказались в берёзовой рощице, где покоились мои славные и не очень предки.
Погода стояла тихая, морозная, на затянутом сизой пеленой небе временами показывалось солнце, под ногами скрипел мёрзлый снег. Тамара, как обычно, была одета в своё серое поношенное пальтишко, голову её покрывал тёплый вязаный берет. По сравнению с остальной нашей компанией девушка выглядела как бедная родственница. И тем не менее, она находилась у меня в гостях, и поскольку день сегодня выдался свободным, я решил показать ей усадьбу.
— Как тут так красиво, — говорила Тамара. — Я никогда раньше не бывала в усадьбах. Неужто ты тут живёшь один?
— В настоящий момент я живу в академии, как и ты, — заметил я.
— Ой, да, что это я? — смутилась моя спутница. — Хотел сказать по-другому, что ты жил в этом доме один.
— Ну не один, конечно. Кроме меня здесь жили родители и слуги. Да и вообще, после поступления в гимназию я обитал в городской квартире. Сюда только летом приезжал. Но ты права, дом действительно большой. Его построил мой прадед. Тогда Дубровские были одним из самых богатых родов Ярославля.