Слова Тамары не стали для меня откровением. Я читал о приютах для одарённых и имел некоторое представление о том, что там происходило. Считалось, что одарённые дети-простолюдины целиком и полностью принадлежат государству и должны воспитываться, как новые люди, не связанные со своим прежним сословием. А потому в раннем детстве их отрывали от родителей, давали другие фамилии и растили в особых заведениях с жесточайшими порядками. Такая доктрина ещё долго будет определять жизнь одарённых простолюдинов. Лишь в семидесятых годах их перестанут изымать из семей.
— Да, свободы у меня было побольше. Но я тоже плохо знал своих родителей. А недавно они погибли.
— Ой, правда? Я не знала. Мне так жаль.
— Не стоит. Теперь я остался единственным наследником и единственным представителем рода в стране. Вот так вот. У меня есть стражники, но их мало. Хотелось бы собрать больше. Жалование, само собой, достойное. Думай.
— Я обязательно подумаю над этим.
Я попросил Тамару рассказать про жизнь в приюте, но едва она начала, как меня окликнули. Я обернулся. За нами бежал один из парней, что тренировались на площадке.
— Что случилось?
— Ваше благородие, Яшку отмутузили. Ему совсем плохо. Помирает, поди. Пойдёмте скорее, надо бы в лечебницу его.
Глава 3
Яков лежал на расчищенной земле и стонал от боли. Второй парень с растерянным видом сидел рядом на корточках.
— Кто это сделал? — я подбежал к пострадавшему и стал его осматривать.
Рот Якова заполняла кровь, лицо покрывали свежие ссадины, парень держался за рёбра и не мог ничего сказать. Скорее всего, множественные переломы и внутреннее кровотечение. Надо бы в больницу, да только как его нести? Хоть академическая клиника совсем рядом, но по пути он может склеить ласты.
— Всё будет хорошо, лежи спокойно, — велел я Яшке и посмотрел на парня, что сидел на корточках, потом на того, который позвал меня. Он и Тамара прибежали следом. — Кто это сделал?
— Мы не знаем, ваше благородие, — проговорил сидевший на корточках студент. — Их было пятеро, все — в трениках, а лица платками закрыты. Как вы ушли, они тут же причапали, схватили Яшку и стали дубасить. Он даже сделать ничего не смог.
— А вы? Просто наблюдали?
Парень потупился:
— Их было пятеро, сильные очень.
— Один сказал… — неуверенно проговорил студент, стоящий рядом.
— Что сказал? — поторопил я его. — Чего мямлишь? Говори давай.
— Один сказал… что побьёт каждого, кто будет с вами водиться.
— Именно со мной?
— С вами, ваше благородие. Он вашу фамилию назвал.
Я посмотрел туда, где заканчивалась площадка. Догнать бы выродков и самих на больничную койку отправить, вот только где их теперь найдёшь? Первым делом следовало транспортировать пострадавшего, пока не стало слишком поздно.