Будем карать. Цинично и жестоко!

Верх корпуса передового меха появился на вершине холма. Второкурсники не стали изобретать что-то новое, а придерживались стандартной тактики тройки, а потому первым появился мех бывшего капитана, что стоял на острие атаки.

— Цель, двести тридцать девять!

— Контроль.

— Контроль.

— Контроль.

— Нет контроля.

— Нет контроля.

Мехи Шилин и Мирры шли в голове колонны и не успели вовремя перестроиться. Противник для них в слепой зоне. Небольшая кучка деревьев, назвать их рощей язык не поворачивается, каким-то чудом уцелевшая на полигоне, мешает.

Но второкурсникам это не поможет.

— Огонь! — приказал я, когда стала видна большая часть щита на лобовой броне «дракона» бывшего капитана.

Бывший капитан — Девор или как там его? — попытался сманеврировать назад, но неудачно. Мы все еще новички и легкие оруженосцы под нашим управлением передвигаются с вальяжностью рыцарей. А он еще и на «Красного дракона» пересел с «Бунтаря». Посчитав, что ящерица больше соответствует его новому статусу.

Для оруженосца выбор правильный, а для пажа — спорный.

Тонкие лучи нашли свою цель, чуть ли не скрестившись в одной точке.

Ответный выстрел прошел чуть справа от меня. С мелкой моторикой у Девора не задалось. Да и сложно вести огонь, когда по тебе палят в четыре «ствола».

— Продолжаем! Огонь по готовности! — бросил я… — Все, готов!

Над големом бывшего капитана заклубился дым, вверх рванула россыпь красных, сигнальных ракет. А значит, цель считается условно уничтоженной. У нас хоть и ослабленные версии боевых глеф, но прожечь броню они все еще в состоянии. Шанс невелик, но он есть! Так что когда отваливается один из специальным образом зачарованных, подвесных щитов, вроде тех, что на мишенях, срабатывает дымовая шашка и сигнальные ракеты. Дым нужен, чтобы пораженный противник не продолжал бой. А то на турнирах поначалу случались эксцессы, когда выбитый голем продолжал вести огонь, утверждая, что просто не знал о своей условной гибели. А в него стрелять опасались — так ведь можно не условно, а вполне себе реально уничтожить мех вместе с пилотом.

— Двести сорок два. Огонь!

Справа от дымившего «дракона» появился «Бунтарь». Сунулся на холм и тут же сдал назад. Вовремя! Мой луч успел царапнуть один из щитов-мишеней. Как и еще один луч светового копья, но два других прошли мимо. И для поражения этого оказалось недостаточно.

Укрывшись корпусом дымившего «дракона», «Бунтарь» не стал испытывать судьбу и отступил. Разумное решение.

В целом, за счет стихийного щита и брони, оруженосец способен пережить от четырех до восьми импульсов светового копья такого же оруженосца. Да и поражение не означает серьезные повреждения или уничтожение. Все зависит от модели и магического резерва пилота. Ну и удачи — куда же без самой ветреной из леди.