* * *

Как не хотел утром идти на работу, а пришлось. Тело болело, протестовало. На ноге образовался огромный черный синяк. Прям хоть в травмпункт езжай. Собрал в кулак всю оставшуюся силу воли, сделал себе йодную сеточку и уже приготовился делать завтрак, как выяснил, что заботливая Аннушка перед выходом на учебу сготовила мне омлет. Причем с начинкой из сыра, лука, мелко порезанной колбасы. А еще записку оставила: — Люблю своего лауреата!.

Чего уж там… Приятно. Скрепя сердце поел, собрался на работу. Только вышел на лестничную площадку, а там переезд. В квартиру слева заселяется целая семья. Низенькая, пухленькая женщина таскала коробки, ей помогали два белобрысых реактивных пацана лет восьми, скорее всего, погодки. А вот представительный папаша, очкастый мужичок под сорок пинал балду. Одной рукой переносил цветочки и себя не утруждал. Вторая оказалась привязана к груди.

Я пригляделся к нему — узнал Кузнецова с кафедры психиатрии. Это ему я сдавал экзамены, и на его лекции Давид блистал остроумием с вопросом пациентке про икру пираний.

— Панов?

Преподаватель меня тоже узнал, подал левую руку.

— Семен Александрович, — я осторожно пожал ладонь. Новый сосед был явно травмирован, но я никак не мог понять чем. Кривился при каждом движении.

— Будем теперь рядом жить, — препод вымученно улыбнулся, представил меня своей жене, Зое Петровне и сыновьям.

Я спросил:

— Упали где-то неудачно?

— Уж лучше бы так, — криво улыбнулся Кузнецов. — Я в Кащенко подрабатываю на полставки…

— Пациент? — догадался я — Напал?

Вопрос не праздный. Старые доктора, помнящие традиции, считают своим долгом беседовать с больными у себя в кабинете. Они еще не испорчены нормативом двадцать четыре головы на ставку, бесконечными историями, актами, выписками, эпикризами, запросами, справками, и прочим бумагоделанием. Некоторые даже чаи гоняют, пытаясь получше установить контакт. И ничего ведь их не берет! А пациенты психиатра, особенно первичные — та еще лотерея. Кусаются, дерутся, душат… Смертельные случаи тоже бывают. Поэтому совсем опытные ставят за спиной пациента санитара. К сожалению, мордовороты ростом два метра и с кулаками размером с боксерскую грушу все ушли сниматься в кино. В жизни это большей частью женщины, в том числе и пожилые. Так что в случае агрессии не вырубят, так хоть притормозят. Впрочем, и им достается. В том числе и поэтому у меня к тем славным дамам, которые гасили мой организм аминазином год назад, никаких претензий никогда и не было. Есть опасность — коли, потом разберутся.

— Да нет, и не скажешь даже, — мотнул головой новый сосед. — Поступил пациент с МДП. Здоровенный такой, бывший борец-классик. Крупный, но в основном тихий. Возбуждение в фазе гипомании мы ему достаточно быстро купировали, лежал, успешно лечился. Ни разу с Магомедом…