Наш флот перешел к снабжению крепостей быстроходными кораблями. Прославленный «Карибский экспресс». Эсминцы засветло выходили из баз. Под покровом темноты прорывались к пляжам и пирсам, выгружали снаряды и патроны, принимали раненных и уходили во мрак. Не у всех получалось. Вокруг островов гремели яростные стычки. Грохотали орудия, волны прорезали следы торпед. Русские и немцы не стеснялись бросать на перехват конвоев крейсера. Стреляли они точно. Даже в солидные газеты просачивалось, у противника все очень хорошо с радиолокацией и оперативной связью.

Алга не отличался кротостью характера. Будем честны, человеком был неприятным. Максималист до мозга костей, полное отсутствие эмпатии к ближнему. Зато на него можно было положиться. Сволочь еще та, но наша сволочь. Идеалист. Настоящий коммунист.

Дик Бользен набулькал в стакан виски на три пальца и залпом выпил. Это все в прошлом. Хилл уходит. Алга ушел. От многих старых товарищей и следа не осталось.

За окном глубокая ночь. Надо перехватить хоть пару часов сна. Уже засыпая Дик сколько не пытался, не мог найти что-то плохое лично для себя в последних событиях. Наоборот, старое уходит, освобождает место для будущего. С этой мыслью он погрузился в глубокий здоровый сон.

Утром первого рабочего дня недели Хилл как бы случайно вышла одновременно с Диком. Со встречными коллегами они вежливо раскланивались. Все вели себя как должно. Ничего особого не произошло. Все выглядит и блестит как серебряный доллар.

— Рихард, я не поняла, а ты не дал спросить. Как ты собираешься увольняться в начале года?

— Один наш любопытный коллега поможет. Уже помог.

— Понятно, — протянула Хилл. — Скандал никому не нужен. А ты покидаешь поле боя как оскорбленный рыцарь на белом коне.

— Ты умеешь подбирать слова.

— Семь лет преподавания английского и литературы.

Мистер Финн повел себя именно так, как Дик предполагал. Конечно директор все знал и стоял перед нелегким выбором. На него давили общественный комитет и школьное управление штата.

— Очень жаль, мистер Бользен. Я бы попросил вас отработать до Дня Благодарения.

— Четвертый четверг ноября? Хорошо. Надеюсь, у вас не будет проблем?

— Нет. Конечно нет. Раз все решено, вопросов нет. Было у нас некоторое бурление, — директор сделал короткий отрицающий жест. — Сегодня же после занятий оповещу коллег.

— Некоторые даже обрадуются, — Дик не смог сдержать сарказм.

— С некоторыми я с удовольствием бы расстался, но не всегда желания совпадают с возможностями.

— Хорошо, работаем до Дня Благодарения. Надеюсь, мне разрешат освободить квартиру после праздников?