Ольга Петровна произнесла напутственную речь:

— Долго болтать не буду. Каждый день на той спине стоит недель здесь, и каждый день там может стоить головы. Помните две вещи. Первая: справочник умнее вас, потому что он написан кровью. Вторая: рядом с вами люди, и это единственное, что там будет на вашей стороне. Так что держитесь друг друга. Всё, на борт!

Вирра на причале не было — он ждал на той самой площадке в скалах. Я не смотрел в ту сторону, старался даже не думать о нем лишний раз, потому что шанс у него и у меня будет всего один.

Погрузка заняла меньше получаса. Шестьдесят человек по двум трапам, перекличка по группам, мешки в рундуки. Плыть предстояло всего ничего, так что спальных мест на корабле не предполагалось, хотя в трюме лежало немало свернутых спальников.

Машина набрала обороты, настил под ногами задрожал, и полоса воды между бортом и причалом начала расти. Провожающие не махали. Просто стояли и смотрели, а мы с палубы смотрели на них.

Форпост уходил назад: серые стены с пушками и два года моей жизни. А впереди росла другая полоса. Темный горб поднимался из моря пологой горой, и то, что с гряды казалось шерстью, вскоре развернулось в лес.

Настоящий лес во весь склон, темно-зеленый с прожелтью, с деревьями высотой в приличную башню. Деревья эти были гнутые и перекрученные вкривь и вкось, искаженные сверхплотным Духом Демона. Над ним висело марево испарений.

У подножия этого леса, там, где панцирь входил в воду, тянулась полоса голого края — серо-бурого, изрытого бороздами и наростами, как старый мол. Волна набегала на этот край и стекала с него лениво, словно и она здесь двигалась через силу.

Око я не открывал вовсе. Хватало того, что виделось через духовное зрение и ощущалось телом. Давление росло с каждой сотней метров, как жар при подходе к горну, и к середине пути его чувствовали уже все на борту. Разговоры на палубах смолкли.

Километрах в двух от берега с кормы крикнули, но я заранее знал, что это было.

К борту корабля по гладкой воде двигалось темное пятно и двигалось быстро. Вирр плыл по-собачьи, вкладывая в гребки всю звериную силу разом, без экономии. Голова шла над водой, за ней тянулся бурун, как за хорошей шлюпкой. Расстояние между ним и кораблем таяло на глазах.

Почти сразу с берега докатился голос. Усиленный Духом и в нем не осталось ничего от ровного утреннего тона.

— СТОЯТЬ!!!

Ольга Петровна уже была в воздухе. Темная точка оторвалась от берега и пошла к нам на невероятной скорости.

Она шла наперехват волку, и я не мог ее осуждать за попытку «лишить» Вирра шанса попасть на черепаху. С ее стороны это выглядело как незапланированный Зверь, идущий прямиком к Демону. Расчет всей экспедиции ломался у нее на глазах о мокрую волчью голову.