За время моего дежурства было найдено два артефакта, что вызвало бурный восторг Щукиных. Но не мой: артефакты были дохлыми, а ведь один из них был как раз такой проигрыватель, какой мы выкопали на шелагинских раскопках. Но, увы, найденный был вариантом с накопителем, который и сам не пережил Магическую Чуму, и внутренности артефакта выжег. Но сидящему рядом Виктору я сообщил, что как раз такой артефакт мне недавно удалось активировать и это оказался проигрыватель. Диски к нему тоже извлеклись через некоторое время, но желания их выкупить у меня не возникло, потому что были они, как тактично выразился Песец, для воспитания правильного настроя у подчиненных. То есть с точки зрения истории интересно, но для меня они бесполезны.
Глава 11
Дядю я решил не будить, все равно ничего интересного из-под земли не появлялось. Так, всякая бессмысленная мелочевка. Так что утром я приготовил завтрак и ушел спать. Модуль использовал, да, чтобы уж совсем бесполезно день не прошел. Проснулся ближе к обеду сам, и полностью выспавшимся. Не знаю, повлиял ли модуль Разума, но появилось осознание, что пока я топчусь на месте, потому что мало того, что не представляю точной картины, так еще постоянно возникают новые проблемы, которые напрочь откатывают мой прогресс. Зато появилась идея, как можно немного продвинуться, правда, проверить ее можно было только в Верейске. Песец отнесся с сомнением к тому, что идея была вызвана усвоением магии Разума.
«Магия Разума совсем не для этого, — сообщил он. — То есть улучшение памяти дает, но логику развивать не помогает. Скорее всего, эти мысли у тебя подспудно в голове вертелись раньше, требуя решения. Сон иной раз лучшая возможность найти ответ на то, что беспокоит. Так что это чисто твоя заслуга, а не магии Разума. Разумеется, если это считать заслугой. Ты, конечно, начал чувствовать магические устройства, но это не делает тебя неуязвимым. А вот сделать неосмотрительным может запросто».
Сомнения Песца были понятны: идея не внушала доверия даже мне. Зато могла дать хоть какую-то подвижку, поэтому я полез в телефон искать, где же находится полицейский архив. Оказалось, что существует общий для всех отделений, причем находился он как раз на въезде в Верейск. Электронные замки я все также вскрыть не мог, но была надежда, что там их нет. Кому нужны дела столь далеких дней?
«Если замечу хоть намек на опасность, не полезу», — решил я больше для себя, чем для Песца. Потому что засветиться в архиве — показать ненужный интерес к автокатастрофе, унесшей жизнь моих родителей.